Прочитайте онлайн Белый индеец | Глава девятая

Читать книгу Белый индеец
3812+1925
  • Автор:
  • Перевёл: А. Гук

Глава девятая

Утром Ренно повел Дебору на завтрак в дом клана Медведя. Англичанка удивилась, как спокойно индианки приняли ее новое положение. Для них она стала женщиной Ренно, и хотя никто не выказывал особой приязни к белой, ее не пытались обидеть или оскорбить.

После завтрака Дебора и Ренно вернулись в свой домик. Белый индеец взял лук и стрелы, сказал что-то, чего девушка не поняла, и ушел. Дебора решила, что он пошел на охоту, предоставив ее самой себе. Девушка сидела на жестком земляном полу и не знала, смеяться ей или плакать.

Ренно успел увести Дебору из индейского публичного дома до того, как ею заинтересовался кто-нибудь из посетителей, и она была очень признательна ему за это. С другой стороны, скорее всего индеец потребует, чтобы Дебора стала его любовницей. Сама мысль об этом приводила девушку в ужас, но ведь все могло быть гораздо хуже. Ренно был белым, хотя и жил среди индейцев, и нужно признать, он выглядел совсем недурно…

До сих пор Дебора не задумывалась, насколько мужчины привлекают ее физически. Возможно, потому, что она еще никогда не испытывала влечения к мужчине. Эйб Томас был очень красив, но совсем не интересовал ее. Джефри Уилсон был омерзителен, и Дебора старалась вообще не вспоминать о нем. Авдий Дженкинс привлекал ее гораздо больше, но девушка никогда не думала о священнике как о мужчине.

В Ренно было что-то загадочное, и Дебора задумалась, понравилось бы ей заниматься с ним любовью. В первый момент девушка устыдилась собственных мыслей, но тут же пришла к выводу, что это глупо — ведь они будут жить под одной крышей, и, конечно, он начнет домогаться ее.

Дебора почувствовала, что в домике кто-то есть, и подняла глаза. На пороге стояла Ба-лин-та с большим свертком в руках. Они улыбнулись друг другу, и девочка, уверенная, что ей рады, вошла.

В свертке оказалось несколько кусков мягкой оленьей кожи, удивительно острый каменный нож, костяная иголка и пучки сухожилий, которые, как быстро сообразила Дебора, индейцы использовали вместо ниток.

— Ты хочешь, чтобы я шила? — спросила она, сделав жест, будто шьет.

Ба-лин-та повторила свое первое слово по-английски.

— Шить, — сказала она, делая то же движение и указывая на девушку.

Дебора поняла, что ей принесли все это, чтобы она сделала себе одежду, и в порыве благодарности внезапно обняла Ба-лин-ту. Девочка радостно прижалась к ней.

Дебора не нуждалась в указаниях и принялась за работу. Ба-лин-та уселась напротив, скрестив ноги, и наблюдала, восхищаясь мастерством белой.

Так прошло все утро. Дебора работала, а девочка пыталась с ней разговаривать. Вскоре каждая уже могла произнести несколько слов из чужого языка. Дебора удивлялась, как легко Ба-лин-та запоминает английские слова. Ей самой язык сенеков давался с трудом.

Урок внезапно был прерван приходом старшей женщины. Ба-лин-та убежала. Дебора не знала, кто эта женщина, но гостья приветливо посмотрела и пригласила Дебору следовать за собой. Девушка оставила шитье.

Женщина повела ее в свой дом, где угостила жареной рыбой и тыквой, и была очень рада, когда Дебора повторила выученные слова на языке сенеков. Ба-лин-та присоединилась к ним, и Дебора догадалась, что Ина, так звали женщину, была матерью девочки.

После еды Ина дала Деборе несколько глиняных горшков, чтобы готовить еду на открытом огне, и несколько черпаков. Они вместе отнесли их в дом Ренно. Здесь Ина развела огонь в специальном углублении, показала Деборе, где хранятся дрова, и провела девушку по кладовым, расположенным вдоль задней стены длинного дома клана Медведя.

— Здесь пища для всех, кто принадлежит к нашему клану, — говорила Ина, сопровождая слова жестами. — Бери, что захочешь. Бери все, что тебе нужно.

В кладовой лежали груды свежего маиса в початках, тыквы, бобы, дыни и разные свежие и сушеные травы.

Прошло довольно много времени, прежде чем Дебора поняла, что может брать все, что пожелает.

Ина помогла ей отнести в дом овощи и травы, а потом настояла, чтобы Дебора пошла с ней.

Около дома сидел Гонка и курил трубку. Дебора замерла, но он лишь вежливо кивнул ей.

Дебора догадалась, что Ина — его жена, а Ба-лин-та — дочь. По какой-то причине семья главы племени была настроена к девушке дружески.

Гонка, не обращая на гостью никакого внимания, опять принялся смотреть прямо перед собой.

Только когда Ина протянула Деборе большой кусок свежей оленины, девушка догадалась, что Гонка на самом деле рассматривает ее. Ему не хотелось, чтобы она заметила это, так что Дебора сделала вид, что не смотрит в его сторону.

В дом вошел Эл-и-чи и ласково улыбнулся Деборе. Он тоже был приветлив, и она подумала, что, скорее всего, он сын Гонки и Ины.

Несмотря на новое звание, Эл-и-чи тут же велели принести воды в дом Ренно для его женщины.

Юноша послушался, и Дебора пошла за ним к речке, протекавшей сразу за поселением. Эл-и-чи набрал воды и понес к дому Ренно. Там он поставил ношу, достал что-то из сумки на поясе и протянул девушке, убежав прежде, чем Дебора смогла рассмотреть, что ей дали.

Это оказался маленький кусочек соли, отбитый от скалы. Соль была для индейцев очень большой ценностью.

Теперь, когда у Деборы было все необходимое, она могла заняться приготовлением пищи. Жизнь на границе нелегка, и девушка умела не только шить, но и отлично готовила. Она развела огонь, приготовила овощи и положила жариться мясо. Дебора не знала, когда вернется Ренно, так что не стала варить овощи прямо сейчас, а просто положила их в горшок и добавила туда трав.

Ренно вернулся, неся на плечах оленя. Он заметил, что Дебора готовит, и в его глазах загорелся огонек удивления и радости. Однако юноша, ничего не сказав, вышел из дома, чтобы снять шкуру и освежевать тушу. Ренно работал быстро и уверенно, а закончив, отнес большой кусок мяса в дом Гонки и Ины.

К тому времени, когда юноша вернулся, еда была готова. Дебора уселась у огня напротив Ренно, удивляясь, что так проголодалась за долгий день. Ее позабавила эта домашняя сценка, и девушка рассмеялась, представив, что сказала бы тетушка Ида, если бы увидела племянницу сидящей на земле и обедающей с полуобнаженным дикарем.

Ренно с любопытством взглянул на девушку, но ничего не сказал. Приятно было узнать, что белая женщина вкусно готовит, и хотя Ренно никогда не ел приготовленные таким образом тыкву и бобы, они так понравились юному сенека, что он заглянул в горшки за добавкой.

После ужина Ренно принялся обрабатывать шкуру. Первым делом он снял с нее шерсть, а потом стал натирать смесью из мозга и кишок животного. Дебора, знакомая с этой процедурой, вышла из дому и подложила Ренно то, что осталось от кусочка соли. Эта белая оказалась не такой беспомощной, как он предполагал. Ренно взял соль, кивнув в знак благодарности.

Дебора вернулась в дом, вычистила посуду, кухонную утварь и пошла на речку за водой. Ренно наблюдал, как девушка носит воду, но не пытался помочь. Дебора не знала, что старший воин считает ниже своего достоинства заниматься подобными вещами.

Ренно до самой темноты трудился над шкурой. Покончив со своими делами, Дебора почувствовала невероятную усталость и заснула, едва только легла. На рассвете Ренно пошел купаться. Девушка встала, и к тому времени, когда он вернулся, завтрак был уже готов. Дебора с интересом наблюдала, как Ренно наносил боевую раскраску, затем он молча поел и вернулся к шкуре.

Вскоре появилась Ба-лин-та, и Дебора принялась кроить и шить кожаную одежду, одновременно занимаясь уроком языка.

Ренно вошел в дом, обнял девочку и принялся готовить вторую постель. Дебора задумалась, что это означает. Ренно делал вид, что не обращает внимания на занятия женщин, но слушал все внимательнее и, закончив наконец работу, присел рядом и принял участие в разговоре.

Старательность белого индейца удивила Дебору, и девушка поняла, что он действительно хочет выучить ее язык. «Он знает, что он белый, — подумала она, — потому так и старается».

Дебора совсем забыла о времени, когда Ба-лин-та сказала по-английски:

— Я хочу есть.

Оставив шитье, Дебора отправилась в кладовую за припасами, а затем начала готовить. Урок продолжился во время обеда. Ренно запоминал английские слова и фразы так же легко, как Ба-лин-та, и Дебора не уставала удивляться их способностям. Сама она с трудом справлялась с гортанными звуками и быстротой речи сенеков, но постепенно у нее стало получаться, и по довольному виду девочки Дебора догадалась, что ее начинают понимать. Ренно продолжал сидеть с бесстрастным выражением лица.

Когда Дебора смастерила рубаху и юбку, Ренно подарил девушке вычищенную шкуру и знаками объяснил, что ей следует сделать накидку, такую же, как у него, пояс с сумкой и повязку на голову.

Ина дала Деборе ножик и несколько костяных иголок разных размеров. И еще больше удивив девушку, подарила ей пару мокасин, расшитых иглами дикобраза. Впервые за много дней обувшись, Дебора даже не могла вспомнить, когда в последний раз так радовалась подарку. И все время гадала, отчего семья великого сахема так добра к ней.

Однажды