Прочитайте онлайн Белая скво | Глава XXXVI. СГОРЕВШАЯ ХИЖИНА

Читать книгу Белая скво
3912+4359
  • Автор:
  • Перевёл: Д. Арсеньев
  • Язык: ru

Глава XXXVI. СГОРЕВШАЯ ХИЖИНА

Ни во сне, ни наяву призрак Хромоногого не тревожил Криса Кэррола.

Достойный охотник считал, что совершил похвальный поступок, навсегда избавив мир от этого злобного урода.

– Дьявольский черный скунс! Плясать над телами смелых людей, которые погибли в этой проклятой войне! И еще гордиться тем, что приложил руку к развязыванию бойни! Было лишь справедливо отправить его в вечную гибель, и если бы я никогда не сделал ничего полезного для общества, все равно заслуживаю похвалы за эти три дюйма холодной стали, что всадил ему между лопатками.

Так утешал себя Крис, вспоминая страшное происшествие на холме Тампа.

Через несколько дней после битвы он вернулся и обнаружил, что мертвые похоронены, как подобает.

Об этом распорядился Вакора.

Но обгорелые руины дома Роди, однако, вызывали в памяти события той злополучной ночи.

Некоторое время после последнего посещения залива Тампа Криса Кэррола никто не видел. Ни бледнолицые, ни краснокожие не могли обнаружить его местопребывание.

Правда заключалась в том, что охотник рад был уйти от того места, где сцены насилия так задевали его чувства.

Как он сказал, он не хотел сражаться с краснокожими и не мог поднять оружие против бледнолицых.

– Не в природе человека убивать себе подобных, даже если они поступали плохо, если они мне ничего не сделали, а пока меня никто не обижал. Я буду вечно проклят, если подумаю, что виноваты краснокожие, когда они восстали против угнетения и тирании; именно так обращался с ними старый Роди. Конечно, сейчас он мертв, но если говорить правду, он был плохой человек. Нет, их нельзя винить за то, что они сделали – после того, что сделали с ними. У старого негодяя, каким бы он ни был, было одно достоинство – это его подобная ангелу дочь. Где она скрывается? Меня это удивляет, да, удивляет.

Крис не знал о пленении Элис.

Так же неожиданно, как ушел, он вернулся в окрестности залива Тампа.

Он считал, что война переместится в другое место, и по-прежнему хотел держаться от нее подальше.

– Никогда не слышал о такой проклятой войне, – говорил он себе. – Сначала она здесь, потом там, потом ее нигде нет, а потом она снова начинается на прежнем месте, и все так же далеки от ее конца, как я от Гренландии. Будь прокляты все войны на свете!

Вернувшись к заливу Тампа, он обнаружил местность совершенно пустынной.

Большинство зданий и сооружений на плантациях были сожжены. Даже его собственная жалкая хижина сгорела дотла.

– Наверно, это называется превратностями войны, – заметил он, разглядывая руины. – Жалкая была хижина, и я все равно не люблю спать под крышей. Но это был дом. Тьфу! – добавил он после недолгого молчания. – Зачем мне горевать из-за потери такого дома? У меня остаются саванны, где можно спать и охотиться. Если и есть для меня дом, то это только они – раз и навсегда.

Несмотря на весь свой стоицизм, старый охотник вздохнул, поворачиваясь спиной к пепелищу.

На повороте дороги, там, где Хромоногий когда-то встретился с Уорреном, он остановился и снова посмотрел на остатки дома. Он сел на ту самую ограду, на которой когда-то сидел Хромоногий, и погрузился в размышления. И так был поглощен мыслями, что, вопреки своей обычной осторожности, не замечал, как идет время и что происходит вокруг.

И не заметил приближающейся опасности.

Она появилась в виде четверых воинов, которые молча и незаметно подобрались к тому месту, где сидел охотник.

И прежде, чем он обнаружил их присутствие, он стал их пленником.

– Краснокожие! – воскликнул он, пытаясь освободиться.

Индейцы мрачно улыбались, видя его тщетные усилия.

– Клянусь вечностью! На этот раз я попался! Будь проклята моя беззаботность! Почему я не осматривался? Ну, можете смеяться, краснокожие, теперь ваша очередь. Может, следующей будет моя. Что вы делаете?

Не отвечая, индейцы связали ему руки за спиной.

Потом знаками велели идти за ними.

– Ну, что ж, джентльмены, – сказал Крис, – о более молчаливом обществе трудно и мечтать! Иду. Очень обязан вам за ваши усилия, без которых, впрочем, мог бы обойтись. Спасибо за вашу краснокожую вежливость. Идите, я пойду без вашей помощи. А куда вы направляетесь?

– К вождю, – ответил один из воинов.

– К вождю? Какому вождю?

– К Вакоре.

Крис произнес громкое проклятие.

– К Вакоре? В таком случае, мне кажется, что дни Криса Кэррола подошли к концу. Я слышал, что более свирепого и мстительного парня не бывает. Идите вперед, я пойду за вами, но мне невесело. Если меня убьют как мужчину, я не дрогну; но если пытка… ну, все равно, идите! Не заставляйте общество ждать.

И он смело пошел за ними туда, где, как он считал, его ждала смерть.

Индейцы, не обменявшись ни словом – ни друг с другом, ни с ним, – направились к поселку Олуски.

На ночь остановились в лесу.

Не зажигая костра, чтобы не выдать себя врагам, они достали из сумок сушеное мясо и лепешки.

Крис получил свою долю этой скромной еды и с завистью смотрел, как его захватчики запивают сухую пищу водой из бутылки. Но, справившись с собой, проглотил несколько кусков.

Закончив ужин, двое индейцев завернулись в одеяла и мгновенно уснули. Другие двое остались стеречь пленника.

Крис понял, что убежать не удастся.

С одним, даже безоружный, он справился бы. Но двое – это слишком; к тому же он знал, что при малейшей тревоге проснутся остальные, и тогда будет четверо против одного.

Будучи философом и стоиком, он лег на землю и очень скоро уснул.

Проснулся он среди ночи один раз и увидел, что охрана поменялась. На освобождение по-прежнему никакой надежды.

– Будь я проклят! Я теперь ясно вижу, что попался! Что я могу сделать? Только натру себе руки этими ремнями!

Выругав себя еще раз за собственную глупость, он снова уснул.