Прочитайте онлайн Балканский тигр | Глава 11. К ВОПРОСУ О ВКУСНЫХ И ЗДОРОВЫХ ЛЮДЯХ.

Читать книгу Балканский тигр
2616+838
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 11. К ВОПРОСУ О ВКУСНЫХ И ЗДОРОВЫХ ЛЮДЯХ.

«Лэндровер» почти не пострадал. От взрыва разорвавшейся в пяти метрах от него гранаты лишь погнулись обе левые дверцы да крыло оказалось иссеченным осколками. Колеса и двигатель уцелели.

Влад с сожалением посмотрел на верного железного друга.

— Кто умеет управлять автомобилем?

— Я могу, — старый Зоран подошел к машине и заглянул внутрь. — У меня был такой же лет семь назад…

— Вот и славно, — Рокотов сделал приглашающий жест рукой. — Грузитесь и поезжайте.

— А как же вы?

— У меня еще здесь дела, — уклончиво ответил биолог.

— Я никуда не поеду! — заявил Билан. Владислав повернулся к молодому сербу.

— Это еще почему? Все поедут, и ты поедешь!

— Нет!

— Ну что мне с вами делать? — Рокотов развел руками. — Силой я заставить не могу… Делайте, что хотите. Все равно я собираюсь уходить.

— Я должен расквитаться вот с этим, — Билан кивнул на лежащего без сознания Алию. Зоран согласно склонил голову.

— Не пойдет, — отрезал Влад, — он мой. Я его вырубил, мне его и допрашивать. А вы его просто прирежете.

— Наш друг прав, — вмешался Платон. — Ему надо что-то выяснить у этого нелюдя. Мы не должны мешать.

— Но он хотел… — начал было Билан, однако Зоран бросил на сына столь свирепый взгляд, что тот тут же скис и добавил несмело: — Я могу хотя бы ему помочь?

— Хорошо, — Рокотову надоели пререкания. — Кто едет? Быстро решайте. У меня очень мало времени.

Зоран подошел к женщинам и детям.

— Я еду вместе с ними. Батюшка, как вы?

— Тебе точно не нужна моя помощь, сын мой? — обратился Платон к Владу.

— Если только этот урод пожелает исповедаться, — хмыкнул биолог, вытаскивая из джипа свои вещи.

— Я тоже еду, — сказал священник. — Ему исповедь не поможет.

— А я останусь, — мрачно заявил Билан, глядя себе под ноги.

Зоран пожал плечами.

— Вы знаете, как ехать? — спросил Влад.

— Да, — кивнул старый фермер. — Через Трстеник к Лауше… Там пока наши. Милена, возьми детей…

— Топлива хватит, — заметил биолог. — В багажнике две запасные канистры по двадцать литров.

Зоран забрал два вражеских автомата, снял с одного из убитых подсумок и подал Владиславу руку.

— Мы так и не узнали, кто вы и откуда…

— Тигр, — представился Рокотов. Его, признаться, начало уже раздражать выбранное прозвище, однако менять его не следовало, чтобы самому не путаться. Кроме того, в будущем сие гордое имя может сослужить неплохую службу, если судьба вновь сведет его со спасенными им людьми. — А откуда я, неважно.

— Я понял, — значительно кивнул Зоран. — Русские нечастые гости в этих местах.

— Тьфу ты ну ты! — Влад смущенно потеребил нос. — У меня что, на лбу написано, откуда я родом?

— Догадаться несложно, — подал голос отец Платон. В рясе и с автоматом в руках священник смотрелся весьма импозантно. — По виду ты славянин, говоришь с небольшим акцентом, твердо произносишь согласные. Или словенец, или русский. Для словенца у тебя слишком правильный литературный язык. Значит, русский.

— Ну, русский, — вздохнул биолог. — Если узко смотреть. В душе же я пан славянин. Ладно, давайте прощаться. Счастливого пути…

Когда вездеход скрылся за лесом, Рокотов повернулся к Билану.

— Зачем ты остался? Только чур не врать.

— Хотел посмотреть, как ты его убьешь, — честно признался молодой серб.

— Э, до этого еще далеко, — усмехнулся Владислав. — Значит, так. Мы с тобой разыграем маленький спектакль. Вот что ты сделаешь…

* * *

Российский Президент с важным видом огласил перечень вопросов, грозно осмотрел сидящих по обе стороны стола министра обороны и министра иностранных дел и положил перед собой карандаш.

Первым взял, слово седовласый маршал. Вкратце обрисовав положение дел в воюющей Югославии, он поведал о разведданных, указывающих на возможную смычку интересов албанских и чеченских террористов. Косовары, получающие горы оружия от Запада, налаживают контакты с руководством независимой Ичкерии и ведут переговоры о поставке зенитно‑ракетных комплексов «Стингер».

Президент посмурнел.

— Это, понимаешь, не дело… Надо прекратить. Летом должна состояться моя встреча с чеченским президентом, и нам осложнения ни к чему. Задействуйте Федеральную Службу Безопасности и пограничников.

— Может не сработать, — мягко возразил маршал. — По нашим сведениям, вооружение поставляется через территорию Грузии. В Тбилиси организуют якобы караваны миротворческих организаций и через горы перебрасывают гуманитарную помощь в Чечню. Хочу обратить ваше внимание на тот факт, что грузинское правительство официально встречает первых лиц Чечни. На самом высоком уровне. И не позволяет российским органам вмешиваться в переговоры, даже если те идут вразрез с нашими договоренностями по Абхазии и другим вопросам.

— Что можно сделать кардинально? — поинтересовался Президент.

«Нашел у кого спрашивать…» — подумал министр иностранных дел. Глава оборонного ведомства России был родом из Ракетных Войск Стратегического Назначения и лучшим способом решения конфликта с другим государством считал термоядерный удар. Парочка ракет типа «Сатана» с боеголовками в пять мегатонн каждая — и на территории Грузии можно будет открытым способом добывать полезные ископаемые. Или за деньги демонстрировать туристам многокилометровые кратеры, покрытые блестящей пленкой спекшегося базальта.

— Надо перекрыть границу с нашей стороны, — нашелся маршал, с грустью отогнав мысль о красиво летящих ракетах. — Но для этого опять потребуется вводить войска на чеченскую территорию. Без пехоты и артиллерии мы горные хребты не перекроем.

— Это делать нельзя, — Президент слегка постучал согнутым пальцем по столу. — У нас, понимаешь, договор… И международное сообщество ждет, что мы решим проблему мирным путем. На саммите восьмерки это все приняли единогласно.

— Но западные страны сами не считают Чечню независимым государством, — позволил себе вмешаться глава МИДа. — Разве что талибы в Афганистане и Литва признали ее субъектом права, но их мнение в расчет можно не принимать. Талибов самих никто не признает, а в Литве скоро сменится президент, и еще неизвестно, как поведет себя следующий…

— Все известно, — отмахнулся маршал. — Американцы ставят своего человека, и он железно пройдет. К тому же литовцы никак не препятствуют отправке своих снайперов в лагеря Шамиля.

— Это точно, — согласился министр иностранных дел. — Мы подавали протест, но его отклонили. Однако я хотел бы вернуться к формальной стороне вопроса. На официальном уровне, особенно учитывая нынешние бомбардировки Югославии, наши западные партнеры резко или негативно реагировать на наши действия в Чечне не станут. По-моему, сейчас очень удобный момент перекрыть грузино-чеченскую границу.

— Поддерживаю, — маршал поерзал на стуле. — Нынче весна, за лето мы успеем создать укрепленный район и полностью блокировать снабжение Чечни новейшими видами вооружений.

— А насколько достоверны ваши сведения касательно албанцев? — Президент оперся о левый подлокотник кресла.

— По данным Главного Разведуправления, — маршал вытянул из пачки листов справку на голубоватой бумаге, — с января этого года косовары из Освободительной Армии Косова не менее десяти раз встречались с представителями группировок Шамиля. Последняя встреча имела место четыре дня назад в Париже.

— Там же была российская делегация! — удивился Президент. — А почему не отреагировала французская полиция?

— Наш источник работал нелегально, и контакт с французами был невозможен, — объяснил министр обороны. На самом деле он не знал реального положения дел, ибо в проходящих через секретариат справках никто никогда не указывает метод получения информации. Равно как и агента, ее передавшего. Поэтому маршал сказал первое, что пришло в голову. Благо Президент перепроверять не будет.

— Угу, — задумчиво покивал глава государства, — это не может быть «уткой»?

— Исключено. Сведения подтверждены независимыми источниками.

— Хорошо. Но косовцев, понимаешь, сейчас трогать нельзя…

— Нельзя, — грустно подтвердил министр обороны.

— Милошевич позицию не меняет? — повернулся Президент к главе МИДа.

— И не собирается, — интеллигентный министр раскрыл свою папочку. — Каждый день выступает перед сербами и призывает держаться до конца. Оппозиция не имеет реального влияния на народ. Особенно после ракетных ударов по монастырю в Грачащще, больнице в Сочанице и мостам в Новом Саде. Погибло очень много мирных граждан. К тому же сербы донельзя возмущены тем, что венгры задержали колонну грузовиков МЧС… Очень возможно, что скоро возникнет конфликт Югославия — Венгрия.

— У меня есть информация по этому поводу, — добавил маршал.

— Слушаем, — живо откликнулся Президент.

— Непосредственное указание задержать наши грузовики передал венгерскому премьеру Строуб Тэлбот. Имеется радиоперехват разговора. Подтверждение пришло от Олбрайт на следующее утро. Она также звонила премьеру… К сожалению, удалось зафиксировать лишь часть телефонной беседы. Голоса Мадлен на пленке не слышно. По всей видимости, применена новая кодировка сигнала.

— И этот Тэлбот представляет НАТО на переговорах с нами? — проворчал Президент.

— Ничего не поделаешь, — печально поморщился министр иностранных дел. — Он первый заместитель Госсекретаря. По протоколу это входит в его полномочия.

— А если повлиять на косовцев через него? — осенило Президента.

Маршал и глава МИДа удивленно вскинули брови.

* * *

Алия очнулся оттого, что кто-то больно тыкал его острым предметом в грудь. Он задергался, не нашел под ногами опоры, зато ощутил поднимающийся снизу жар.

Босниец открыл глаза.

Связанный по рукам и ногам, он болтался в веревочной петле, продетой подмышками. В полутора метрах под ним пузырилась кипящая вода. Одежда была влажной, пот заливал глаза, воздух вокруг загустел.

Алию подвесили в точности так, как он сам собирался подвесить молодого серба.

— Ага, пришел в себя, — констатировал сидящий в кресле качалке незнакомец и легонько ткнул в грудь боснийцу концом бамбукового удилища. Алия качнулся взад вперед. До небритого молодого человека в темно-зеленой униформе без знаков различия было метров шесть; тот сидел на почтительном расстоянии от тлеющего костра и с усмешкой смотрел на висящего наемника. — Первый вопрос. На определение коэффициента интеллектуального развития. Джордано Бруно — астроном или топливо?

Алия не знал, что такое «джордано бруно», и поэтому промолчал.

Незнакомец говорил по-сербски. Алия проморгался и только сейчас узнал в нем водителя джипа, столь вероломно расправившегося с его людьми. Но национальную принадлежность негодяя определить не смог. Тот мог быть и сербом, и косоваром, и хорватом, и венгром. Даже немцем или американцем.

— Экий ты неразговорчивый, — посетовал Владислав. — Эй, официант!

В дверях появился тот самый серб, которого боснийцы собирались сварить живьем на виду у пленных. Одет он был в белоснежный халат, в одной руке держал поднос с чашкой, в другой — здоровенную книгу.

— Да, герр майор.

Обращение к незнакомцу удивило Алию. Имея более чем скромное образование, он все-таки знал, что слово «герр» немецкое и означает «господин».

— Любезнейший, а зачитай-ка ты мне сегодняшнее меню, — попросил Рокотов, закуривая огромную сигару и беря с подноса чашку чая.

«Официант!» — с готовностью распахнул книгу на заложенной странице, громко прочистил горло и с выражением принялся декламировать:

— Первое блюдо. Суп мясной с косточкой. Обращаю ваше благосклонное внимание на ингредиенты — молодая картошечка, слегка обжаренный лучок и нарезанная мелкими кубиками морковь. Заправляется ложкой топленого масла и кайенским перцем. За пять минут до готовности в него выдавливается половинка лимона и бросается щепотка базилика.

— Зер гут, — Влад выпустил клуб дыма. — Продолжайте, битте,

— Второе блюдо. Отбивная из филейной части. В порции четыреста граммов мяса. Натирается чесноком и молотым красным перцем. В качестве гарнира осмелюсь предложить рис по-македонски.

— Дас ист фантастиш, — благосклонно кивнул «герр майор», вспомнив самую популярную фразу из немецких порнофильмов. — А закуски?

— Мясное ассорти. Буженина, язык, отжатые в уксусе уши. Мозги рекомендую свежими и слегка охлажденными.

— Это почему? — живо заинтересовался Рокотов.

— Можно контейнер с этим деликатесом поместить в большую морозильную камеру, а перед употреблением просто срезать верхушку черепа и кушать ложкой. Очень интересный эффект получается, когда вы кушаете, а «посуда» — что то мычит и шевелит глазами.

— Действительно! — биолог бодро щелкнул пальцами. — Остается одна проблема: а из чего мы все эти вкусности будем готовить?

Алия заорал.

— А-а, — обрадовался «герр майор», поворачиваясь к висящему в петле боснийцу, — наш гость хочет что то сказать.

— Возможно, он знает более удачные рецепты, — предположил Билан.

Влад хрюкнул, но сдержался и не расхохотался.

— Гады! Свиньи! — истошным криком зашелся Алия. На штанах расплылось мокрое пятно. Рокотов поморщился.

— Ну что за бескультурье! Вы что, товарищ, не видите, что мы заняты? Дадут вам слово, не беспокойтесь… Продолжайте, милейший.

Билан перевернул страницу, подождал, пока босниец выдохнется, и продолжил:

— Чтобы мясо не приобрело горьковатого вкуса, перед разделкой тушу следует слегка обварить кипятком и спрыснуть холодной водой. Тогда и кожа легче отстает от мышечных тканей, снимается чулком, сохраняя волокна неповрежденными. Такой способ приготовления полуфабриката содержит массу преимуществ и значительно убыстряет сам процесс приготовления основного блюда.

— Это важно, — согласился биолог, пожевав сигару. — А скажите, мой друг, сколько порций мы сможем приготовить из данного экземпляра?

— Десять-двенадцать, — прикинул молодой серб. — Только должен предупредить, герр майор, что мясцо не очень. Жестковато.

— Что вы предлагаете?

— Запечь целиком в фольге.

— Хм, — Владислав сделал вид, что задумался. — Но ведь у нас нет кардамона и гвоздики.

— Обойдемся корицей, — Билан захлопнул книгу.

— Что ж, вы повар, вам и решать. Воду уже посолили?

— Пока нет. Разрешите исполнять, герр майор?

— Валяйте, — Рокотов отпил чаю и с видимым наслаждением затянулся сигарой.

Молодой фермер сбегал в дом, вернулся с пачкой поваренной соли и всыпал ее в бурлящий кипяток.

Алия яростно задергался в петле. Фермерский сынок вместе со странным «майором» всерьез готовились его употребить в виде мясного блюда!

Билан вдруг хлопнул себя по лбу:

— Лавровый лист!

— Точно! — Влад поднял указательный палец. — Без лаврушки будет пресновато. — Серб снова убежал в дом.

— Что вы от меня хотите? — простонал босниец.

— Не от тебя, а из тебя, — нравоучительно поправил «герр майор». — Мы хотим попробовать комплексный обед.

— Я все расскажу!

— Почему ты думаешь, будто меня что то интересует? — удивился Рокотов. — Виси, окорок, и не питюкай…

По договоренности с биологом Билан из дома не выходил, якобы занятый поисками специй.

— Я много знаю! — в отчаянии закричал Алия.

— Ну что ж, — «немец» покачался в кресле, — излагай. Сколько в твоем отряде людей?

— Вы меня пощадите?

— Это зависит от твоей искренности. Давай не задерживай, а то повар сейчас вернется…

— Сорок человек, — затараторил Алия. — Семеро были со мной. Другие завтра остановятся на южной окраине Влашки Дреноваца. Будут ждать нас…

— Когда?

— Утром…

— Так. На первый вопрос ты вроде ответил. Теперь следующий. Кто тебе заказывает детей?

Влад спросил наобум, но неожиданно попал в точку. Действительно, раз или два Алие предлагали хорошо заработать, если он в целости и сохранности доставит кое-куда десяток другой младенцев. Заказчиком был хмурый сухощавый албанец, говоривший по-сербски с сильным акцентом. Ни его имени, ни координат его базы Алия не знал.

Биолог выслушал сбивчивое повествование боснийца с каменным лицом, словно просто проверял его на искренность. Он ни на секунду не усомнился, что бандит сказал правду — заказчики никогда не раскрывают себя исполнителям. Особенно таким, как этот трусливый недоумок.

— Если бы ты достал младенцев, то кому бы их передал?

— Связному… Хорвату Анте, у него хутор рядом с Журом. Туда и привозить надо было.

— Где конкретно находится этот хутор?

— На въезде в город с востока. Его легко узнать. Два здоровенных дома со стальными крышами…

Больше Алия ничего не знал и Рокотову был не нужен. Влад свистнул, подзывая Билана.

Серб появился в своей обычной одежде, с автоматом в руках.

Владислав неторопливо поднялся из кресла, подошел к веревке, привязанной к столбу на веранде, и вытащил нож.

— Ну, за гравитацию!

— Вы же обещали меня не убивать! — завизжал босниец.

Рокотов спрятал нож, приблизился к чану с кипятком и поднял ствол «Калашникова».

— Я тебе ничего не обещал.

Три пули разнесли Алие голову. Тело забилось в конвульсиях, роняя из остатков черепа крупные буро желтоватые сгустки. Куски мозгов падали в кипяток, сразу ошпаривались до серого цвета и закручивались в водовороте на дне чана. На поверхности появилась пена.

Молодой серб удовлетворенно вздохнул.

Возмездие свершилось.

* * *

Из подземных ангаров базы номер сто шестьдесят один специальная платформа подняла на поверхность два американских стратегических бомбардировщика В-2 «Спирит». Операция производилась крайне аккуратно — размах крыльев «невидимки» составляет почти пятьдесят три метра, а ширина лифтовой шахты всего шестьдесят пять. Но группа из двадцати техников справилась менее чем за двенадцать часов.

Сутки были отведены на проверку всех технических узлов самолетов.

Каждый из четырех двигателей В-2 прогнали в автономном режиме. Хотя изделия «F118-СЕ-110» фирмы «Дженерал электрик» славились своей надежностью, их проверяли две независимые группы экспертов, особое внимание уделяя s образным каналам воздухозаборников. При конструировании «Спирита» особое внимание уделялось снижению эффективной площади рассеивания, поэтому двигатели были расположены над верхней поверхностью крыла, что в сочетании с применением композиционных материалов превращало отраженный сигнал на экране вражеского радара в обычную «засечку», возникающую при пролете некрупной птицы. Так, по крайней мере, казалось экспертам из Пентагона. В-2 был призван без помех миновать «мертвые зоны» — в цепи обзора радиолокационных станций противника и неожиданно атаковать его объекты. Вероятность обнаружения «Спирита» самолетами дальней разведки также была крайне мала, что делало «стратегического невидимку» основной ударной силой воздушного флота США.

Как говорил бывший начальник штаба ВВС генерал Уэлч, «Спирит» проще обнаружить визуально, нежели с помощью бортовых приборов истребителя перехватчика. Вероятно, американец не подозревал о существовании «Су-30» и «МиГ-31», серийно выпускаемых в России.

Но лететь в направлении восточной державы В-2 не собирались.

После проверки двигателей настал черед многофункциональной РЛС АN/АРQ-118. Памятуя о регулярных сбоях радиоэлектронного оборудования, эксперты протестировали все без исключения блоки на стационарном стенде и заменили три из них. Успех предстоящего задания не должен зависеть от дурацкого сбоя диода.

На роторные пусковые установки нового поколения ААRL техники загрузили по две крылатые ракеты большой дальности «АGМ-131 SRАМ-2» и каждую оснастили боеголовкой с зарядом в двести шестьдесят пять килограммов октола. Ракеты можно было выпускать с дальности четыреста километров и поражать намеченные цели, когда «Спириты» выйдут из зоны вероятного обнаружения ПВО противника. Техники отошли от самолетов, наземные ангары были опечатаны. Спустя ровно сутки в сопровождении командира базы, не имеющей даже собственного названия, а только номер, внутрь вошли два эксперта из отдела планирования стратегических операций ЦРУ. Они подсоединили к клеммам боеголовок штекеры проводов своих персональных компьютеров и ввели в систему навигации ТЕRСОМ координаты целей. Затем покинули помещение.

Из восьми погруженных на бомбардировщики В-2 ракет пять по прежнему были ориентированы на объекты военного ведомства Югославии, а три перенацелились на здание бывшего архива МВД СРЮ. Летчики ничего не знали о характере целей. Их единственной задачей было совершить первый в истории боевой вылет на «Спиритах» и открыть бомболюки в определенной точке на высоте пятнадцати километров. Остальное ракеты сделают сами.

Четыре пилота ВВС США отдыхали в специальном домике для почетных гостей, расположенном в миле от ангаров.

* * *

Чтобы приготовить две чашки кофе, Билану пришлось перерыть половину содержимого кузова, куда боснийцы свалили все вещи Велитанличей. Пакет зерен обнаружился в стиральной машине, а кофемолка — в тюке с банными полотенцами.

Молодой фермер, с детства проченный к бережному обращению с вещами, выбрасывал из грузовичка все без разбора. И думал о том, чтобы перед уходом поджечь и дом, и сараи, и громоздящиеся возле автомобиля вещи. Оставлять албанцам не хотелось даже рваный сапог.

Владислав тщательно вычистил автомат, стер масло с внешних поверхностей и вымыл руки.

— Ну как? — биолог взял чашку. — Продумал маршрут?

— Да. Сначала похороню Душанку, потом двинусь в Лауше.

— Не попадешься косоварам?

— Не-а, — Билан опустил на стол огромные мускулистые руки. — Я тут с детства браконьерствую, так что все тропы знаю.

— Они тоже не дилетанты.

— Прорвусь, не беспокойся…

— Смотри сам. Кстати, не сочти за оскорбление, но сестру я бы не советовал хоронить. Много времени потеряешь.

— Я по-другому не могу.

— Как знаешь, — не стал спорить Рокотов. У сербских крестьян патриархальные традиции частенько брали верх над здравым смыслом, однако Влад не мог осуждать их за это. В конце концов, сербы были ближе к православию, чем остальные славяне, и свято выполняли свой долг перед умершими. — Но у меня к тебе будет маленькое, но очень ответственное поручение…

«Здравствуйте, товарищ Саахов…»

— Конечно, — Билан подобрался.

— Вот номер телефона. Позвони по нему, позови Марко и сообщи, что на южной окраине Влашки Дреноваца завтра утром соберется около тридцати боснийских наемников. Он знает, что делать. Успеешь?

— А если спросит, от кого информация?

— Соображаешь, — улыбнулся Владислав. — Скажешь, от меня.

— Тебя так и назвать — Тигром?

— Можно русским Тигром. Он поймет.

— Хорошо. До полуночи я позвоню.

— Откуда?

— Километрах в семи отсюда, — Билан махнул рукой на север, — находится песчаный карьер. Сейчас там никого. Албанцам он не нужен, и авиация его не бомбила. Там есть телефон. Пройду мимо и позвоню.

— А ты уверен, что телефон работает?

— Позавчера работал, Я ходил звонить родственникам в Чуприю. Там кабель не воздушный, прокладывали военные, так что надежно.

— Ага. Покажи-ка на карте, где это…

— Вот тут.

Рокотов нарисовал фломастером маленький значок телефона. Работающий аппарат может пригодиться. Биолог был большим педантом, что нередко помогало ему выкручиваться из неприятных историй.

— Вот и славно… Марко назюкает на этих бандитов сербский спецназ.

— О тебе, естественно, ни слова? — поинтересовался Билан.

— Кому, Марко?

— И ему, и другим…

— Ему можешь передать, что у меня все в порядке. А вот с органами безопасности лучше быть поосторожнее, поскольку реально я не существую. Меня нет. Я фантом, местное привидение с моторчиком…

— Почему с моторчиком? — не понял Билан.

— Ты про Карлсона сказки не читал? Шведской писательницы Астрид Линдгрен?

— Читал. Только я не помню про привидение…

— Значит, ваши переводы хуже наших, — заключил биолог.

— Наверное, — согласился фермер. — А ты-то куда дальше?

— Сие есть тайна, покрытая мраком. И знать о ней тебе не следует.

— Почему? Я могу пригодиться.

— Не можешь, — отрезал Владислав. — Ты слишком впечатлительный. Моя работа требует совершенно холодной головы и полного безразличия. В противном случае дело не выгорит. Для успеха необходимо уметь дружелюбно общаться со своими врагами и знать некоторые иностранные языки. Ну и еще убивать голыми руками… Ты не думай, я не хвастаю и не рисуюсь, но только так у меня есть шанс выполнить задуманное. А ты, к сожалению, парень горячий… Ведь ты хотел сразу кончить этого урода? — Рокотов кивнул на труп Алии, висящий над остывшим чаном.

— Да.

— Вот и ответ. Я не могу позволить себе такое расточительство.

— Здесь есть еще русские?

— Не знаю, — пожал плечами биолог. — Ни одного не видел. Может, и есть.

— Я слышал, что в Белград приехали казаки из России. Их даже как-то раз по телевизору показывали. Вроде добровольцев.

— Да брось ты! — Владислав подбросил на ладони коробок спичек. — Добровольцы… Клоуны ряженые! В кармане партбилет с профилем Ильича, на боку игрушечная шашка, а атаман по фамилии Шниперсон, — Рокотов усмехнулся, вспомнив питерского «воеводу». — Запомни, Билан, пархатых казаков не бывает… Если кто и приехал к вам на помощь, то без всякой рекламы, по-тихому. Да и не нужна тут пехота. Зенитчики — другое дело, но и они без современных ракет никто. Так что куда ни кинь, всюду клин. Война уже идет полным ходом, ее толпой полупьяных казачков не остановишь. Раньше надо было думать…

— Это наша земля, — твердо сказал серб.

— Никто не спорит. Однако на земле, где с экономикой все в порядке и у всех есть работа, войны не начинаются. Можно как угодно относиться к тем же Штатам — не любить, даже ненавидеть, — но у них есть одно неоспоримое преимущество: американцы сумели создать более-менее нормальную модель экономики. Пусть за счет остального мира, но на своей территории они живут хорошо. Другой вопрос — насколько долго это продлится. Мне кажется, что не очень… Тем не менее сейчас они на коне и грамотно гнут свою линию.

— Им все равно нас не покорить.

— Да они и не собираются брать вас нахрапом, — биолог глотнул кофе. — Просто слегка подтолкнут ваше общество к внутренней конфронтации. В самой Сербии. Поссорят вас с черногорцами, спровоцируют волнения на границе с Венгрией, будут поддерживать косоваров… Им бояться нечего. Милошевич сам вышвырнул отсюда всех западных журналистов, так что объективная информация ни в Европу, ни в Америку не поступает. Месяца через два-три Запад обязательно введет сюда миротворческий корпус.

— Слободан не допустит! — гордо вскинулся Билан.

— Посмотрим… — Влад показал фермеру маленький японский приемник, подаренный ему Срджаном. — Я внимательно слушаю новости — как ваши, так и европейские. Моя страна уже участвует в переговорах, чтобы послать сюда и российский контингент. Соответственно, вопрос об аннексии Косова решен. Ни ты, ни я, ни партизанские отряды сербов ситуацию не изменят. Пока. А дальше видно будет.

— Значит, все бросить и уходить?

— Можешь героически погибнуть в неравном бою с УЧК или НАТО. На свой выбор… Когда я был молод, у меня был Учитель. Так вот он говорил мне: бежать от противника не зазорно, если знаешь, что обречен на поражение. Будь тот хоть карлик, хоть амбал. Умирать за просто так — смысла нет.

— А ты? — прищурился Билан. — Ты же пошел против этих бандитов. И пошел в одиночку…

— Не путай жопу с пальцем. Во-первых, я лучше тебя подготовлен. Причем готовил меня профессионал высочайшего класса. Во-вторых, на моей стороне был эффект неожиданности. И в-третьих, я совершенно точно знаю, чего хочу. У меня есть план, цель и средства. Естественно, и меня могут пристукнуть. Никто не совершенен. Однако там, куда я иду, меня никто не ждет. Никто даже не подозревает о моем существовании. Это очень большой плюс. Я — непредусмотренный фактор, который на языке специальных служб называется «сумасшедшей бабусей». Только чтобы разобраться, откуда я взялся и что мне надо, моим врагам потребуются недели. А к тому моменту я либо уже совершу задуманное, либо погибну. У меня, в отличие от твоей семьи, дорога одна… И я не отвечаю ни за кого, кроме себя самого. Вот и вся разница.

— Ты предлагаешь мне отсиживаться, пока другие будут воевать?

— Тьфу ты, — разозлился Рокотов. — Расскажи мне конкретно, что ты можешь сделать. Взять автомат и расстрелять пяток косоваров?

— Хотя бы…

— А дальше? Ну, повезет тебе один раз, убьешь ты нескольких террористов. И?

— Если каждый из нас прихлопнет хотя бы по три албанца…

— …то их не останется вовсе, — закончил биолог. — Гениально. Сербы крошат албанцев, албанцы — сербов, а американцы потирают руки. Все как они и планировали. Хорватию и Боснию Герцеговину вы потеряли именно таким образом. Западники поддержали сепаратистов, вы дали сепаратистам в морду — и понеслось! Вместо того чтобы разобраться, откуда этот сепаратизм прет… Я не оправдываю хорватских усташей или других ублюдков. Но в самом начале еще можно было обойтись без крови. За войну обычно выступает не больше пяти процентов населения. Это потом, когда стычки перерастают в настоящие боевые действия, ситуация меняется. А на первоначальном этапе всегда есть компромисс… В войне победителей не бывает. Можно выиграть отдельные сражения, но не войну в целом. К сожалению, этого не понимают ни натовцы, ни сербы, ни албанцы. Ради собственных амбиций бросают в мясорубку тысячи людей, а результат нулевой.

— Что-то ты о миролюбии не заикался, когда расправлялся с этими бандитами, — резонно возразил Билан.

— А это не я, — рассмеялся Влад. — Это мое «ва». Астральный двойник. Я по природе мухи не обижу, а вот «ва» лучше не трогать. Жуткое существо, ему десяток врагов положить — что стакан воды выпить… Сам от него страдаю. Но терплю. Астральное тело, как и родителей, не выбирают, оно нам свыше дано…

* * *

Американский генерал Мартин Шорт, командующий объединенными силами ВВС НАТО в Европе, был доведен до белого каления.

Французы продолжали собственную игру.

С самого начала операции «решительная сила» они только тем и занимались, что ставили препоны в подготовке сокрушительного удара по режиму Милошевича. Согласно уставу Северо-Атлантического Альянса, Франция имела право вето в решении вопроса о продолжении бомбардировок и неоднократно этим правом пользовалась. Генералу Уэсли Кларку приходилось раз в три дня созваниваться с президентом Шираком и убеждать того, что следующий этап операции необходим как воздух. Только тогда из Парижа поступал приказ своим генералам.

В очередной раз французы завелись по поводу истребителя «Торнадо» германских ВВС и двух спасательных вертолетов, исчезнувших над горным массивом. Полковник Ориньи, возглавляющий разведотдел своего контингента, в открытую усомнился в достоверности американских полетных карт и ехидно посоветовал союзникам направлять в неизведанные места собственные машины, а не рисковать самолетами европейских стран.

Неожиданно к французам присоединились немцы. Масла в огонь подлил скандал, разыгравшийся в самой Германии. Излишне дотошные немецкие журналисты раскопали данные о промышленном и военном шпионаже спецслужб США в ФРГ, который длился более тридцати лет. Всплыли документы, свидетельствующие о прямом нарушении американцами договора о совместной обороне против СССР и подрыве национальной безопасности большинства европейских стран.

Операция «Решительная сила» оказалась под угрозой срыва. Прекрати НАТО ракетно-бомбовые удары хоть на сутки, и возобновить их уже не дадут европейские парламенты. Депутаты только и ждут повода, чтобы собраться на экстренные совещания и запретить своим правительствам участие в балканской авантюре.

Положение следовало спасать любыми силами.

Уэсли Кларк сообщил о проблемах Президенту и Госсекретарю. Ему приказали ждать, не вступать в открытый конфликт с «лягушатниками» и до поры вести бомбардировки силами американского авиакрыла.