Прочитайте онлайн Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 06 | Пшикалка Часть десятая

Читать книгу Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 06
4516+761
  • Автор:
  • Язык: ru

Пшикалка Часть десятая

О, бесконечная Пшикалка моя.

Проснулись мы с Серегой с бодуна, пошли по поезду бух искать. Остановились в тамбуре, Беломор покурить, Серега говорит:

– Яша. Я думаю, что это и не мент был вовсе, а какой-то настоящий сумасшедший, который из психушки сбежал, и ходил там в ментовской форме. Ведь кто в дурдоме Наполеон, кто капитан дальнего плавания, космонавт Гагарин, а кто – мент. Вот и ходит он по Питеру, у Пяти углов, пляшет, руками размахивает, честь приплясывая отдает и песню про писателя Соколова напевает.

Тут мы мужиков каких-то увидели, которые тоже в тамбур вышли, приму свою покурить. Я сказал:

– Серега. Давай мы этим мужикам про пляшущего мента расскажем, может быть, у них бух есть.

Серега сказал:

– Давай.

И сразу стал рассказывать мужикам про пляшущего, руками размахивающего и поющего мента.

Понравился мужикам Серегин Яшин рассказ, и они нас с собой в вагон бухать позвали. А мужики те были деревенские, они дальше армии по стране не ездили, и везли с собой море самогона в двух трехлитровых банках. И тут мы с Серегой стали им наперебой другие рассказы рассказывать, а время от времени – про камасутру рассказывать, замолкая в нужных местах, как Шахерезады.

Изрядно усугубив самогону, вышли мы в тамбур, Беломор покурить, а Серега сказал:

– Черненко кинулся.

Я сказал:

– Почему ты думаешь, что Черненко кинулся?

Серега сказал:

– Есть такие соображения.

Вошли мы в наш отсек, сели дальше бухать самогон с мужиками.

Серега сказал:

– Черненко кинулся.

Мужики сказали:

– Почему ты так думаешь?

Серега сказал:

– Не думаю, а знаю.

Мужики сказали:

– Да не мог ты этого никак узнать. Радио тут нет. Ты только вышел и вошел, а уже говоришь, что Черненко кинулся.

Серега сказал:

– Спорим, что Черненко кинулся.

Мужики сказали:

– На что спорим?

Серега сказал:

– Если Черненко кинулся, то я сейчас налью себе полный стакан самогону и выпью его без вас.

Мужики спросили:

– А если не кинулся?

Серега сказал:

– Тогда вы все по стакану самогону выпьете, а я пропущу.

Тут какая-то большая станция наехала, и все мы увидели, что станция флагами с черными лентами увешена.

Выбежали, стали пипл спрашивать. А пипл говорит:

– Черненко кинулся. Гикнулся он.

Мужики репы почесали и налили Сереге полный стакан самогону, который он немедленно выпил.

Потом мы с ним опять вышли в тамбур, Беломор покурить, и я спросил:

– Серега. А откуда ты узнал, что Черненко кинулся?

Серега сказал:

– А вот откуда. Когда мы с тобой в прошлый раз в тамбуре Беломор курили, я краем глаза заметил, как на каком-то полустанке чья-то рука флаг с черной лентой вешала. Вот я и решил, что это – Черненко кинулся.

Тут темная история. То ли он действительно девятого марта кинулся, потому что на восьмое разбухался, то ли он раньше кинулся, а пиплу только девятого марта сообщили, чтобы восьмое спокойно отбухать.

Золотые были времена. Начальники не хотели пипл волновать, а пресса по струнке ходила. В наши времена бы прямой репортаж вели, прямо бы на его постели сидели и ноги дрыгающиеся крупным планом брали.

Вернулись мы, наконец, в Москву и образовались почему-то в Гульбарии. Наверное, мы с Комсомольской до Белорусской бухом в метро проехали.

Серега сказал:

– Яша. А я знаю, почему Гульбарий – Гульбарием называется.

Я сказал:

– Почему.

Серега сказал:

– Гульбарий называется Гульбарием от слова гульба. Потому что касеписты и касиповки тут постоянно гуляют.

И вот, смотрим мы с Серегой, как дело к обеду пошло, что все больше касепистов и касиповок в Гульбарии появляется. Это они со своего КСП, который Восьмого марта где-то в подмосковных лесах проходил, через Гульбарий возвращались.

Стали мы с ними дружить, долгий наш рассказ про Пшикалку рассказывать, постоянно вставляя вставную новеллу про Пляшущего Мента. Тогда-то мы и узнали, что у Высоцкого такая песня есть, и поняли, что не был пляшущий мент сумасшедшим, и даже гомиком или гусиком не был. Просто, он эту песню знал.

Заслипили мы в тот вечер на какой-то касепшной тусовке, Серега касиповку снял, а я Джуманияза сделал.

С тех пор мы с Серегой поняли, как стремно ездить в какие-то незнакомые города, и решили по-прежнему в Вильнюс да Ригу ездить.

Дальше:

Маленький беззащитный пипл

В одном и том же трузере