Прочитайте онлайн Ангел желания | Глава 9

Читать книгу Ангел желания
4018+4220
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава 9

Эта дрянь опять выкрутилась. Что же еще такое придумать для нее, как же свести ее на тот свет? А после последней попытки это станет действительно тяжело, теперь Йен вернулся, и вне всяких сомнений глаз с нее не сведет. Но ничего, я умею ждать, – проговорив это, она хищно оскалилась.

– Кто-то пытался ее убить, ты ничего не перепутал? – осведомился лорд Чатерс.

– Когда у нее на ходу лопнула подпруга, я было решил, что это случайность, но после того, как она залезла зимой в пруд, не сомневаюсь, что ее заманили туда хитростью. Да и подпругу подрезал должно быть тот же самый человек. В замке поговаривают о ее невезение и только посмеиваются, но я голову даю на отсечение – кто-то задумал свести ее в могилу. Уж я-то в этом разбираюсь.

– Нельзя этого допустить! – бесновался Генри, его лицо и шея пошли красными пятнами, а глаза налились кровью, – я еще не придумал как заполучить ее земли, ее деньги. Если она сейчас окочурится, все ее богатство получит этот дикарь! Надо действовать, и быстро! – лорд Генри метался по комнате, словно зверь в клетке. Сперва ее замужество, теперь неизвестный соперник, время против него, а план еще не готов.

– Боюсь, что сейчас не получится, ее будут усиленно охранять. Не сомневаюсь, ее муж примет меры чтобы больше не случалось таких неожиданностей.

– Мне плевать, что ты сделаешь, кого убьешь или подкупишь, но она нужна мне здесь, в этом доме, и живая и невредимая! По крайней мере, пока не поставит свою подпись и не отдаст мне землю, – улыбнулся лорд Генри и в предвкушении потер руки, – придумай выход, и поторопись, ее недоброжелатель не будет ждать вечно, и возможно в следующий раз у него получится.

Натали открыла глаза и увидела перед собой уставшее и угрюмое лицо Йена. Улыбка сразу тронула ее губы, она даже не подозревала, как скучает по нему. Девушка обвила руками его шею и потянула к себе, он поддался, но лицо осталось хмурым, а после быстрого поцелуя муж отстранился. Что-то не так, подумала Натали и тоже нахмурилась.

– Что с тобой, тебя не было дома три дня, я так скучала по тебе, а вернувшись, ты даже не хочешь, как следует поцеловать меня?

– Можешь рассказать, что ты забыла в этом проклятом пруду? – спросил он. Ах, вот в чем проблема. Значит, это было не видение, значит это действительно он вытащил ее из воды. Лицо Натали озарила улыбка, глаза засветились любовью.

– Я услышала крики и всплески воды и решила, что ребенок упал в воду и не может выбраться. Не было времени звать на помощь, и я решила, что сама смогу его вытащить. Но это оказалась просто чучело. Мой плед зацепился за что – то, а ноги увязли в тине, поэтому я сняла плед и туфли. Потом пришел ты и спас меня, – договорив, она прижалась щекой к его могучей груди и вдохнула его запах. Как же она любила его запах! Поверь, это было просто недоразумение, мне послышался всплеск, но ничего страшного не случилось.

– Еще немного и случилось бы, – зло произнес он, – как я могу уехать из дома, когда тебя на каждом шагу подстерегают опасности? – спросил он.

– Тоже скажешь, опасности, – фыркнула она, – просто послышалось, вот и все, даже не надо обращать на это внимание. И чтобы придать больший вес своим словам, нашла его губы, и больше они не проронили ни слова, говорили их тела, а рты и губы использовались совсем для других целей. Как только ее язычок прошелся по его сжатым губам, Йен немного расслабился. Складка между бровями разгладилась, а губы приоткрылись, впуская ее, руки сжали маленькое хрупкое тело жены, а внизу живота восстала могучая плоть, требуя освобождения. Застонав, он завладел ее грудями, заставляя маленькие нежные вершинки затвердеть под его языком.

Следующие несколько дней были сущим наказанием. Куда бы ни шла Натали, что бы ни делала, за ней ходили минимум двое воинов, не отставая от нее ни на шаг. О прогулках верхом можно было даже не вспоминать. Работа с больными превратилась в сущее наказание, над ней начали потешаться, люди стали поговаривать, будто она приносит Йену столько проблем, что он приставил к ней сражу, чтобы чего не натворила. И к концу четвертого дня она не выдержала. Девушка нашла Йена в главном зале, к нему пришли рыбаки с просьбой разобрать их спор. Дождавшись решения, она подошла к мужу и склонившись к его уху прошептала: – можно попросить тебя уделить и мне немного времени, у меня тоже есть вопросы к лэрду, – первый раз она обратилась к нему официально. Йен поднял на нее удивленный взгляд и увидел, что его любимые синие глаза потемнели, стали цвета ночного неба, и мечут молнии. Она была прекрасна, как богиня воины. Но следующие же слова вывели его из задумчивости: – или мне надо обратиться сперва к Рэфу?

– Что за ерунду ты говоришь, конечно, мы можем поговорить.

– Тогда давай поднимемся в нашу комнату, я не хочу обсуждать личные вопросы при всех, – сказала она и гордо удалилась. Йену не оставалось ничего другого, как направиться вслед за ней, смутно догадываясь, о чем пойдет речь.

– Я так не могу больше, – сказала она, как только закрылась дверь. Я посмешище всего клана, уже даже дети показывают на меня пальцем! О, Йен, это нечестно! Из – за одной, возможно чьей-то глупой шутки, ты заставляешь меня везде таскать с собой половину воинов клана, это просто ужасно!

– А я не хочу потерять тебя, – сказал он, воспользовавшись моментом, пока Натали переводила дыхание, – ты чуть насмерть не замерзла, и это по-твоему шутка? – грозно произнес он.

– Ну, может мне просто послышалось. Я же не уверена, что именно я слышала, может это был просто ветер. Давай договоримся: я больше не буду залезать в замерзшие водоемы, а ты уберешь от меня соглядатаев.

– Если ты действительно хочешь уговор, то я готов пойти на уступки. Ты действительно перестанешь купаться зимой в ледяной воде, и вообще будешь более внимательно к себе относиться. Но если меня не будет с тобой рядом, тебе будет составлять компанию Рой или Тевиш, выбирай.

– Рой, у него рука пока не совсем зажила, ему еще тяжело биться на ристалище, – сказала она поникшим голосом.

– То есть ты хочешь, чтобы она никогда не зажила, или чтобы он лишился головы? – хитро улыбаясь, спросил он.

– Я не собираюсь попадать больше ни в какие неприятности, так что можешь свои намеки оставить при себе, – сказала девушка, вздернув подбородок, в который ее тут же поцеловали, переключаясь на тонкую шею и ключицы. На этом спор между супругами был окончен.

– Я не могу до нее добраться, ее окружает целая армия.

– Мне плевать кто ее защищает, эта девчонка нужна мне немедленно, – бушевал лорд Чатерс. Или ты придумаешь как убрать от нее охрану, или я придумаю как убрать тебя!

– Я все сделаю, милорд, – тихим, шипящим голосом произнес он и удалился.

Лорду Генри уже начало казаться, что он и правда змея и, если по шире откроет рот, язык его будет раздвоен на конце. Он помотал головой отгоняя от себя эти глупые мысли, сложил руги за спиной и продолжил вытаптывать тропинки на ковре. Во что бы то ни стало, нужно привезти ее сюда. Если уж не вышло женить ее на Эдвине, то пусть она составит завещание в пользу своего любимого дядюшки и передаст все свое имущество ему, а потом, наверное, когда за ней прибегут эти дикари, они ее случайно и убьют, да! Она будет спасаться от жестокости мужа в родном доме, он приедет требовать ее обратно, а когда семья не сможет больше ее прятать, эти варвары ее и погубят. Так он и передаст королю, очень хороший план! Осталось только его выполнить и тогда он будет так богат, что сможет не бояться ни короля, ни Бога, ни черта.

– Сегодня утром я получил письмо от Лохлана, он со своим сыном завтра приедет обсудить со мной будущий союз с кланом Броукинов, – сказал Йен.

– Это очень интересно, – задумчиво проговорила Натали, – а сами Броукины не нанесут нам визита?

– Они прибудут через два дня, наши земли не имеют общей границы, и мы открыто не враждовали. Но поскольку МакГейри наши друзья, мы тоже считаемся их врагами, – пояснил Йен, – так что этот мир будет выгоден всем.

– Хорошо. Мне очень интересно посмотреть на невесту Нейла, – сказала она.

– Ты и его – то никогда не видела, а говоришь, как будто вы закадычные друзья, – удивился Йен. Натали только пожала плечами и направилась в лазарет к Давине рассказать новости. Рой следовал за ней везде, чем девушка воспользовалась и наложила новою повязку на его заживающую руку. Потом она отвела Давину в сторону от посторонних ушей и пересказала ей разговор с Йеном.

– Знаешь, что скажи мне, – начала она задумчиво, – сколько сыновей у Лохлана?

– Двое, – удивилась Давина, – Нейл старший, потом идут две дочери и младший сын, ему еще только двенадцать. – Подобная информация заставила Натали приуныть.

– Ну а у этого из Броукинов, сколько детей?

– Насколько мне известно, пятеро: двое старших сыновей уже женаты и у них дети, потом как раз невеста Нейла и еще две дочери, но они еще не достигли брачного возраста.

Теперь Натали откровенно загрустила. Давина вернулась к раненым, а Натали было, о чем подумать. Она уже было направилась туда, где ее ждал Рой, но передумала, – он будет стоять над душой, а ей так хотелось найти решение для своей золовки, устроить все так, чтобы и мир сохранить и соединить ее с возлюбленным. Выйдя через заднюю дверь, Натали повернула в сторону конюшни. Надо будет захватить коню что-нибудь вкусное и хорошенько обо всем подумать, уж он– то точно не будет мешать. Да и Мораг просила зайти к кому-то из клана, отнести травы. Но не успела она сделать и несколько шагов в сторону кухни, как подбежала девушка с огненно-рыжими волосами. Раньше они никогда не общались, но это была именно та девушка, которая так перепугалась в приезд дядюшки Генри.

– Скорее, прошу вас, скорее, – причитала она, – там Йен, он ранен, зовет вас, надо торопиться, – сказала девушка, уже таща Натали за руку. Как только она поняла, о чем говорит ей незнакомка, сразу бросилась за ней. В мозгу звучали только ее слова: Йен ранен, и она нужна ему. Натали даже не обратила внимания, что они выбегают за ворота через боковой проход, и что в тени стены стоит повозка. Последнее, что она запомнила, это резкую боль в голове и перед глазами все потемнело.

Натали ушла, а Давина еще несколько минут не могла прийти в себя, пытаясь успокоиться. Она поняла куда клонила Натали, и сама не раз об этом думала, но ситуация представлялась ей безвыходной.

– О чем ты так задумалась, что даже ничего не видишь? Ты ж ему мазь на здоровую руку накладываешь, – заметила Мораг, заглянув ей через плечо.

– Натали только что ушла, а я задумалась, – честно сказала девушка, устыдившись, что она перевязала воину не ту руку, и обернувшись увидела Роя.

– Натали вышла через заднюю дверь, – пояснила она, – наверное забыла, что ты ее ждешь. Но думаю, она недалеко ушла.

Рой поблагодарил ее и выбежал на улицу искать девушку. Спустились сумерки, он подумал, что она пошла к дому и быстрым шагом направился туда. Но дома ее не оказалось и тогда мужчина начал волноваться. Два несчастных случай заставили его быть излишне подозрительным. Он выскочил во двор и принялся расспрашивать у каждого, кого встречал, не видел ли кто Натали, но все в ответ только пожимали плечами. Тогда он бросился к главному выходу, узнать у дозорных, не выходила ли она. И опять неудача. Когда он добежал до бокового входа, уже стемнело. Но все же он сумел заметить то, чего не должно было быть и то, что там отсутствовало. Оторванный кусок пледа с цветами Броукинов и ни одного дозорного. Схватив находку, он побежал к Йену, а уже через пять минут на поиски Натали выехало полсотни воинов.

Когда Натали пришла в себя, она почувствовала резкую боль в руках и ногах, попыталась пошевелить ими и поняла, что они связаны, а во рту у нее оказался кляп. Все лучше и лучше, подумала девушка, и куда меня везут, и главное зачем вообще меня куда-то везут. Вопросы роились у нее в голове, которая и без того сильно болела, много вопросов, а задать их было некому. Только к вечеру повозка, в которой ее везли, остановилась. Полог откинули, и она увидела высокого худощавого мужчину лет тридцати пяти с жидкими волосами и маленькими, глубоко посаженными глазками. Натали поежилась, эти глаза не предвещали ей ничего хорошего. Ее как куль с мукой вытащили из повозки и поставили на затекшие за день ноги, которые сразу подогнулись. Она бы упала, но мужчина ее поддержал. Обессиленная и ничего не понимающая, она уставилась на него.

– Ну-ну, не надо на меня смотреть такими глазами, – проговорил он со смешком, – я не сделаю тебе ничего плохого, мне надо только доставить тебя домой и все.

Натали попыталась было сказать, что ее дом как раз там, откуда он ее забрал, но не смогла произнести ничего внятного.

– Сейчас я выну кляп и напою тебя. Да, можешь кричать хоть до хрипоты, мы далеко от дороги, а места тут гиблые, и тебе может не понравиться тот, кто придет на зов, – рассмеялся он, но вытащил кляп у нее изо рта.

– Кто вы, – проговорила она осипшим голосом.

– Это не важно, еще пара дней, и больше ты меня никогда не увидишь.

– Куда вы меня везете?

– Я же сказал, домой.

– Но мой дом там, если вам нужен выкуп, мой муж хорошо вам заплатит, если вы вернете меня ему, – проговорила она.

– На, лучше попей, и не болтай лишнего. Мы немного передохнем и поедем дальше.

– Но куда?

– В Англию, разумеется, – произнес он. И тут Натали поняла, в какой «дом» ее везут. О боже! Он все-таки до нее добрался. Девушка выпила еще немного воды, размяла затекшие ноги, ей вставили обратно кляп и засунули в повозку.

– Прости, красавица, но ротик твой надо закрыть, мы будем ехать по дороге, а я не хочу никого убивать из-за твоих криков. – Лицо Натали побелело. Убивать? Что же происходит? Как ей быть? Она не хотела подвергать опасности ничью жизнь, но и своей рисковать тоже не хотела. Надо придумать, как выбраться из этого переплета, и придумать срочно. Но что же с Йеном? Может быть он уже пострадал из-за нее, может этот человек убил его, чтобы выкрасть ее, а может только ранил и он лежит там сейчас умирающий? В сердце как будто воткнули нож, горло сжали предательские слезы. Она постарается вынести все что сделает ее дражайший дядюшка, она не сможет вынести только потери Йена, вот это убьет ее вернее, чем стрела в сердце.

– Мы обыскали всю округу, все дороги от нас до Броукинов и не нашли ни единого следа, – сказал Рэф, – люди уже двое суток не слезают с лошадей, но никто не ступит на землю, до того, как мы найдем ее, – пообещал он.

Йен сидел в большом зале и не знал, что и думать. МакГейри прибыли еще вчера и тоже отправили людей на поиски жены Йена. Теперь все ждали Броукинов, но о мире не могло быть и речи. Йен сам лично возглавил поиски, и обшарил каждый куст в округе, но ее не было нигде. Что же все-таки случилось? Стража убита, а сама она похищена. Либо это Броукины так не хотят мира, что совершили столь дерзкое похищение, либо кто-то пытается этого мира не допустить. Но был еще и другой вариант – кто-то просто прикрывается межклановой враждой, а это значит, что искать ее нужно не в Шотландии.

– Она в повозке, можете забрать ее, – проговорил похититель.

– А ее дикарь, скоро ли он явится сюда за ней? – поинтересовался лорд Генри.

– Если и явится, то точно не скоро, я подстроил так, чтобы в ее похищении обвинили врагов клана, так что он сейчас занят войной.

Натали в ужасе слушала этот разговор, из-за нее началась война, а она ничего не может с этим поделать. Полог опять откинули, и она увидела скалящееся лицо своего дяди.

– С приездом, моя милая! Я же говорил, что мы очень скоро увидимся.

А в горах Шотландии Йен действительно готовился к войне, когда услышал сигнал, оповещающий о прибытии гостей. Не раздумывая, он схватил меч и двинулся на врага, который только въезжал в ворота.

– Стой мальчик, – схватил его Рэф, – так ты ничего не добьешься. Остынь, сейчас твое оружие – слово, а не меч, – увещевал его друг. Когда же Морей Броукин вошел в главный зал, за ним сомкнулись ряды, и руки всех присутствующих легли на рукоятки мечей. То, что он увидел, заставило его самого готовиться к бою. В центре зала стоял Йен с перекошенным от злости лицом, он был готов броситься на Морея и голыми руками разорвать на части. Старый воин редко видел такую ненависть, но знал, что с человеком в таком состоянии разговаривать практически бесполезно. Будет бой, и бой смертельный. Однако рядом с Йеном стоял Рэф, который, без сомнения пытался предотвратить кровопролитие.

– Что здесь происходит? – громовым голосом осведомился Морей.

– Где она, – прошептал Йен в ответ. Морей даже не был уверен, произнес ли вообще он эти слова или это просто губы его двигались, а сам он молчал.

– Кто она? – не понял Морей.

– Моя жена, – так же тихо продолжил Йен, – где она?

– Сынок, тебе видимо надо лучше следить за своими женщинами, что-то ты часто их теряешь, – не успел Морей произнести эти слова, как уже пожалел о сказанном. В примирительном жесте он поднял руки, лицо Йена выражало решимость, и она Морею не понравилась. С такой решимостью идут на врага и побеждают. Морей Броукин был не так высок, но недостаток роста с лихвой компенсировал шириной плеч и силой. О том, как он управлялся с боевым топором на поле боя, слагали легенды. Но сейчас этот грозный воин был не на шутку встревожен. – Я ничего не знаю по поводу пропажи твоей жены, к этому не причастен и мой клан, я клянусь тебе в этом, – сурово произнес он. Йен сделал шаг вперед и протянул руку.

– Вот это осталось после ее похищения, – сказал он и разжал кулак, в котором находился кусок пледа с цветами клана Морея, – а вот это нашли на границе вашей земли, – и он достал маленькую брошь, – серебряного ангела, которого всегда носила Натали. Еще до замужества Йен увидел, что она как-то приколола ее на свое французское платье. Брошь очень понравилась Йену, «мой ангел» подумал он, а после замужества заколол ей плед, и Натали перестала расставаться с украшением, поняв, что оно нравится мужу.

– Мы также нашли ваши стрелы в сердцах наших воинов, – сказал Йен, а лицо Морея вытянулось.

– Не знаю, что все это значит, но повторяю: мы не причастны к исчезновению твоей женщины. Насколько я знаю, она не из наших, может не вынесла тягот жизни и сбежала обратно к себе, к легкой жизни. Не успел Морей договорить, как Йен в бешенстве бросился на гостя. Рэф и Лаэг перехватили его, но были и другие люди в этом зале, которые хотели помочь Йену довести намеченное до конца. Несмотря на то, что Натали была чужая, она с добром относилась к людям клана, всегда всем помогала, почти всех знала по именам. Даже вначале, когда женщины клана над ней подтрунивали, не обижалась, а просто пыталась познакомиться поближе, и очень быстро заслужила всеобщее признание своим добрым сердцем и трудолюбивой натурой. Сейчас каждый член клана был готов взять оружие и встать на ее защиту.

– Я даю тебе два дня, на то что бы узнать, кто из твоих людей это сделал и выдать мне предателя, – ледяным тоном произнес Йен, – иначе мы объявляем вам войну, – после этих слов он удалился. В зале повисла мертвая тишина. Все присутствующие на мгновение застыли, а потом пошли собирать оружие, чтобы через два дня быть готовыми выступить против клана Броукинов. Морей, покраснев от такой вопиющей наглости, развернулся и вылетел из зала. Он вскочил на коня и поскакал обратно, несмотря на то, что он не верил в причастность своих людей к этому похищению. Он не хотел развязывать войну, а значит надо выяснить, кто и зачем оставил эту брошь на их границе.

В груди Йена клокотал такой гнев, какого он еще никогда не испытывал. Как ни было это странно, но он поверил Морею. Но если это не клан Броукинов, остается еще два варианта, которые нужно обдумать, прежде чем развязывать войну, которая никому не нужна. А время как раз работало против них. Сколько еще его осталось у его маленькой жены, если она вообще жива? Нет, он не будет допускать таких мыслей, ему нужно освободить ее, вернуть живой и невредимой, а не поднимать кровавый топор мести. Он должен верить, что с ней все в порядке, иначе тоже умрет, умрет медленно и тяжело. Тело его будет продолжать дышать, но сердце свое он потеряет. Из задумчивости его вывел голос Мод, о которой он совсем позабыл в свете последних событий.

– Боюсь это не он.

– О чем ты говоришь? – все-таки спросил Йен, хотя прекрасно понял, что имеет введу старая женщина.

– Я говорю, что думаю, это не он похитил мою девочку, твою жену, – поправилась она.

– А кто тогда, кому еще это нужно?

– Кто-то в клане Морея очень не хочет нашего мира, – вставил Лохлан.

– А если это не человек из клана Морея? Если это человек из Англии, тот, который очень хочет ее земли?

Йен пристально посмотрел в лицо Мод, женщина, будто произносила его мысли.

– Ты думаешь, он специально подстроил так, чтобы я развязал войну и не искал ее у дяди?

– А ты умный мальчик, – сказала Мод улыбнувшись.

– Ты знаешь, где он может ее держать?

– Я расскажу тебе все, что тебе потребуется. Ты знаешь предысторию, о том, как ее отец отказывался выдать Натали за сына лорда Генри?

– Да, Натали мне рассказывала.

– А знаешь ли ты, почему он отказывался?

– Натали говорила, что это из-за того, что он очень жаден до денег и ему от нее нужно только приданое.

– Ну, милый, это только часть правды, – сказала она. Наша девочка очень похожа на свою безвременно ушедшую мать, копия ее. А в бытность леди Авроры еще незамужней девицей, к ней несколько раз сватался безумно влюбленный в нее двоюродный брат, – Генри. Но отец Авроры видел Генри насквозь, видел весь его гадкий характер, алчность, злость, и не хотел, чтобы его дочь вышла замуж за такого человека. Он отдал свою дочь за Пьера, отца Натали. У того не было стольких титулов, но он был очень богат и смотрел на Аврору с таким обожанием, что казалось, не замечал больше ничего. Генри потом достаточно выгодно женился на девушке с богатым приданым, но не блещущей красотой и умом, и всю жизнь завидовал Пьеру. После смерти Авроры, Генри вбил себе в голову, что если бы она вышла замуж за него, то осталась бы жива. Шло время, и как– то он увидел Натали и не смог отвести от нее глаз. Вот тогда– то он и придумал женить ее на своем единственно сыне, страшном недотепе и полном разочаровании отца. Но одному Богу известно, каковы его мотивы в действительности, нужно ли ему от Натали только богатство, или же он хочет второго шанса для себя. Возможно, для него это попытка оживить Аврору. Теперь ты знаешь всю правду, но даже Натали не знает эту историю до конца, она думает, что Генри движет только алчность. Он скорее всего повез ее в свое имение, и представит все так, будто она вернулась домой. Но это будет далеко не добровольное пребывание, так что собирайся, тебе надо вызволять ее, ибо я не знаю, что может сделать с ней этот дьявол.

Йен смотрел на нее так, будто видел впервые. Он догадывался, что все дело не только в деньгах и богатом приданом, в противном случае с их свадьбой все бы и закончилось. Теперь же вся эта история предстала в ином свете. Морей узнает не причастен ли кто из его людей к этому похищению. Если же это совершил член другого клана, чтобы не допустить мира, скорее всего Натали уже не помочь, живая она им не нужна, и этот вариант его не устраивает. Остается один – он едет в Англию.

– Милая, – елейным голосом произнес лорд Генри и изогнул губы в улыбке, однако до глаз ее не дотянул, – если ты не будешь кушать, у тебя не будет сил.

– Почему бы вам сразу не сказать, чего вы хотите, – грубо ответил Натали. Силы ей были нужны, но идти на поводу у него тоже не хотелось, Йен ее здесь не ищет, он занят войной, так что она должна сама придумать, как освободить себя, а с голодным желудком думается труднее.

– Я могу сказать, но это большой список, – усмехнулся он, – и первое, что тебе не следовало совершать в жизни, – это выходить замуж за этого варвара. Ну да ладно, теперь ты тут, дома, и все будет так, как должно быть. Он никогда тебя не найдет, а я наконец то дождусь своей награды. И для начала, ты передашь мне все свои земли, это чтобы наши отношения стали более доверительными.

У Натали чуть глаза на лоб не вылезли от подобной наглости. Она подозревала, что ее свобода будет стоить дорого, но все ее земли только как начало, – это всерьез испугало ее. Что же он попросит дальше, когда ей нечего будет предложить? По спине у нее пробежал холодок. Генри продолжал улыбаться, – да, ты правильно поняла меня, – чуть не пропел он, – а теперь поешь, силы нам еще понадобятся, – сказал он и вышел из комнаты, оставив Натали наедине с ее мыслями.

Он запугивает или действительно хочет оставить ее здесь для своих утех? Что же это? Неужели это то, от чего так берег ее отец? Не выдержав, девушка села на софу и заплакала. Она была так счастлива в объятиях своего мужа, очень счастлива, но так недолго! А теперь она никогда больше не увидит его, как и отца, как и мать. Всех, кого она так любила, у нее отняли! Это ужасно несправедливо, и даже Мод, которая была ей как мать, осталась там. Но слезами делу не поможешь, сейчас не время было предаваться жалости к себе. Вспомнив об этом, Натали вытерла слезы и все-таки решила поесть.

Йен корил себя за то, что так много времени потратил на Броукинов. Ему надо было сразу догадаться, что брошь подбросили, а меж тем Натали увезли в совершенно другую сторону, в Англию. Но он постарается нагнать их. Его браться и Рэф были того же мнения, они выехали на поиски малым отрядом. Тэму пришлось остаться дома, но его место с готовностью заняли Нейл и Лохлан, которые также взяли с собой по паре воинов. Они скакали весь день, и остановились только вечером, чтобы лошади могли передохнуть.

Шотландцы не нуждались ни в каких дополнительных вещах, в отличие от англичан. Им не нужно было ставить большие палатки и тащить за собой повара. Все, что было им нужно, обеспечивали плед и лук. И все же Йен не находил себе места. Как дикий зверь, загнанный в клетку, он метался по поляне, которую выбрали для ночлега. Он не мог потерять жену, просто не мог. Несмотря на то, что он не испытывал к Исле, своей первой жене, и десятой доли того, что чувствует к Натали, все же Йен был раздавлен ее смертью.

– Передохни, – сказал ему Рэф, – обессиленный ты ей не поможешь. Так что возьми себя в руки и успокойся.

Йену ничего не оставалось делать, только подчиниться. Он лег, но сон очень долго не приходил к нему, а когда все же удалось заснуть, его мучили кошмары.

Натали не знала, что ей делать, оставалось только тянуть время в надежде на то, что решение каким-либо волшебным образом придет ей в голову. Однако, пока там была только паника. Что же делать, что бы сделал папа? Для начала он велел бы мне успокоиться. Очень дельный совет, особенно в сложившихся обстоятельствах. Может что-нибудь в комнате поможет ей сбежать? Она стала рассматривать обстановку своей темницы. Меж тем комната, которую выделил ей Генри, была просторной и богато украшенной. Темно-синие обои и золотые драпировки на стенах повторялись в балдахине огромной кровати, подушках софы и обивке кресел, а также перекликались с огромным персидским ковром, размером почти во всю комнату. На окне висели тяжелые портьеры, но не они привлекли ее внимание, а само окно. Возможно свобода ближе, чем она думала. Но только Натали подошла к нему, в комнату вошел Генри.

– Ну что, моя милая девочка, – проговорил он все тем же приторным голосом, – ты смогла отдохнуть с дороги настолько, чтобы мы занялись делами?

– О, боюсь, сегодня я не смогу ими заниматься, дядюшка. Ваш человек перестарался, у меня голова еще очень болит от его побоев и меня мутит, так что прошу прошения, но я бы прилегла, пока мне не станет лучше. Думаю, доктора просить бесполезно? – не удержалась она от сарказма.

– Радость моя, тебе нет смысла тянуть время, никто не знает, что ты тут, никто не придет тебя спасать. Если ты не отдашь мне то, что я так давно хочу получить, ты можешь испортить мое настроение и я больше не буду таким добрым и гостеприимным, – закончил он с явной угрозой.

– Что вы дядюшка Генри, – Натали постаралась проглотить все ядовитые слова, которые стояли у нее в горле, – просто я три дня ехала связанная в телеге с сеном, и весьма логично, что я буду больна после такого путешествия. Боюсь ваш стряпчий заметит мое плачевное состояние, нам же не нужны лишние вопросы. – Натали постаралась выдать самую очаровательную улыбку, на которую только была способна, молясь, чтобы ее обман не раскрылся.

– Ну, хорошо, – недовольно сказал ее дядюшка, – но завтра мы начнем с того, что решим все деловые вопросы, – и ей не понравилось, как он выделил последние два слова. Когда дверь за ним закрылась, девушку трясло от страха и омерзения. Но надо было что-то делать, надо было бежать, и бежать срочно, утром она уже так легко не выкрутится из этой ситуации. Подойдя к окну, она выглянула наружу. К ее огромному огорчению внизу, именно под ее окном, стоял стражник, который ей гадко усмехнулся. Это говорило о том, что Генри уже продумал об этом и надо было искать другие варианты. За дверью ее комнаты тоже стоял охранник, а в помещении не было ни одного тяжелого предмета, чтобы огреть его по голове. Вариант с поджогом и выведением из строя охраны тоже отпадает. Остается только одно – хитрость. Она открыла дверь и выглянув в коридор мило улыбнулась охранявшему ее мужчине.

– Добрый вечер, не могли бы вы попросить принести мне немного теплого вина, от пережитого у меня безумно болит голова, – попросила она у охранника, пуская в ход все свое обаяние. Не ожидавший такого воин даже растерялся и еще какое– то время молча глазел на нее.

– Вино, – еще раз произнесла она, потупившись, – у меня жуткие головные боли.

– Да, конечно, я сейчас все сделаю, – сказал он и поспешил по коридору выполнять ее просьбу. Замечательно, он может и хороший воин, но умом явно не отличается, посмеялась про себя Натали. Тихо выскользнув из комнаты, она пошла по коридору. Ей надо выбраться отсюда, но была одна проблема – она не знала дом, и уже за следующим поворотом услышала голос лорда Генри, который вопил на ее охранника. Спустя мгновение, она уже бежала обратно в комнату, и только успела броситься на кровать, как дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял багровый от гнева Генри. С минуту он ничего не понимая смотрел на нее, пока девушка окончательно не взяла себя в руги и не обратилась к нему.

– Дорогой дядюшка, вам нездоровится?

– С чего вы так решили, моя дорогая.

– Вы смотрите на меня так, как будто меня не должно здесь быть, а меж тем этот добрый человек обещал принести мне горячего вина, чтобы хоть немного унять мою головную боль, если вы не против, конечно. – И еще раз ее голос был приторно сладким, а улыбка почти перекашивала лицо, но Генри уверенный в своей неотразимости ничего не заметил.

– Да, дорогая моя, конечно этот остолоп принесет тебе вина, – сказал он ей. Ты слышал меня, – обратился он к воину. – пошевеливайся, леди ждет!

Натали в притворном недомогании прилегла на подушки и подняла руку к голове, – ваша доброта меня поражает, я благодарю вас, – сказала она чуть слышно. Лорд Чатерс надулся как индюк и как только прибежал запыхавшийся охранник вышел из ее комнаты.

– О, благодарю вас, надеюсь мой дядюшка не сильно ругался на вас из-за моей просьбы? – спросила она и подняла на него большие, доверчивые глаза.

– Нет, что вы леди Натали, для меня честь служить вам, – галантно ответил он, поклонился и вышел за дверь.

Натали встала с кровати, пришло время действовать, теперь она знала, что в этой истории самое слабое место этот охранник, но как пройти мимо него, отослать его больше не выйдет, если после случившегося его вообще оставят при ней. Она мерила шагами комнату и нервно теребила юбку, когда обнаружила в складках что-то твердое. Сперва она не поняла, что это, но, когда извлекла на свет содержимое, начала припоминать. Когда она выходила из лазарета, в ее руках был сонный корень, который она должна была отнести одной женщине, страдающей бессонницей. Но задумавшись над сердечными делами любимой золовки просто сунула его в карман. Сейчас же он пригодится ей как нельзя кстати. Но все же надо было дождаться вечера и действовать, когда все обитатели дома будут спать. А пока нужно еще и подкрепиться, теперь, когда есть план, силы очень понадобятся, ведь предстоит вернуться к мужу, добраться до родной уже Шотландии.

Когда сумерки стали гуще и ночь вступила в свои права, Натали выглянула за дверь и к своему удивлению увидела там того же охранника, который при ее появлении вытянулся в струнку, как перед генералом.

– Простите, но я не знаю, как вас зовут? – обратилась она, вкладывая в эту фразу все обаяние, каким только одарила ее природа.

– Бэнджамин, леди Натали, можно просто Бэн. Я к вашим услугам.

– Это так замечательно, – сказала она, – тогда у меня как раз есть одна просьба. Посидите, пожалуйста, со мной, мне так одиноко… Я налью нам вина, вам же будет проще охранять меня, находясь в комнате? – молодой человек немного помялся, но согласился.

Натали довольно просияла, отчего лицо молодого воина залил предательский румянец, а девушка отправилась за заранее приготовленными кубками с вином.

– Вот, – сказала она, подавая кубок солдату, – это меньшее, что я могу для вас сделать. – Девушка продолжила непринужденную беседу зорко наблюдая, как ничего не подозревающий мужчина пьет вино. Очень скоро его начало клонить ко сну, и уже через несколько минут его голова безвольно повисла, а дыхание сделалось ровным, с еле заметным посапыванием.

Натали тихонько выглянула в коридор, и убедившись, что там никого нет, направилась к кухне, туда, где ее чуть не поймал Генри. Теперь она надеялась проскользнуть незамеченной. Осторожно миновав все помещения, вышла через черный ход. Для побега ей нужна была лошадь, но она боялась, что ее увидят и появятся вопросы, да и плед, совершенно не помогал остаться незамеченной. Но это в замке, в лесу все будет совсем по-другому. Там она будет прикрыта ветвями деревьев, вопрос только, как туда добраться. В ночной темноте беглянка не знала, ни как выбраться из замка, ни как это сделать незамеченной. Генри явно чего-то боялся, стражники были буквально на каждом шагу, но Натали не теряла надежды выбраться отсюда живой и невредимой. Она осторожно пробиралась в тени стен и хозяйственных построек, пока не увидела ворота, охраняющиеся четырьмя рыцарями. Не представляя себе, как миновать такую охрану, девушка впала в отчаяние. Но вдруг, один за другим стражники с тихим свистом начали оседать. Это было лучшее приглашение, которое она только могла получить, Натали бросилась со всех ног к воротам, не зная, что случилось со стражей и не останавливаясь чтобы это выяснить. Бежать, только вперед, – это все, о чем она могла думать. Но оказавшись за пределами крепостной стены, она почувствовала, как кто – то схватил ее и зажал рот. Девушка начала неистово брыкаться и вырываться, но не могла освободиться. «– Боже, что я наделала, – подумала она, – зачем я решилась на побег, мне нужно было остаться в замке. На дядю можно было хоть как-то влиять, а теперь вот оказалась в лапах каких-то бандитов. Возможно, когда-нибудь Йен догадается, что ее нет у Броукинов, что это все обман. Возможно ей просто надо было сидеть и ждать, когда это случится, ну зачем она решилась на побег? Надо было тянуть время, списываться с управляющими, переводить на Генри земли постепенно, быть может, хватило бы времени дождаться мужа, а теперь все кончено. Уже не будет ни удобных покоев, ни стражи с вином, уже ничего не будет». К горлу девушки подступили предательские слезы, силы ее иссякли. Все, чего она хотела – это вернуться домой. Да она согласится на любую охрану, которою муж захочет к ней приставить. Боже, она запрет себя в башне, если таково будет его желание. Только бы вернуться домой! Натали больше не могла сопротивляться, она обмякла в руках похитителя и из глаз у нее полились горючие слезы, а когда ноги коснулись земли, упала на колени и разрыдалась. Неожиданно ее похититель склонился к ней и прижал ее к своей груди, девушка попыталась отпихнуть его, но голос, который начал ее успокаивать, мог принадлежать только одному человеку во всем мире, это был голос ее мужа. Как же она обрадовалась, осознав, что это он! Слегка отстранившись, она начала покрывать поцелуями дорогое лицо. Всхлипы перемежались грудным смехом, Натали не верила своим глазам! Это была ее самая заветная мечта – увидеть мужа, теперь девушка была в безопасности, теперь было где черпать силы. Она могла свернуть горы, только бы Йен был рядом. Покончив с поцелуями, она обвила руками его шею и прижалась к груди, а потом вознесла благодарственную молитву. Перебирая пальчиками мягкие волосы на любимом затылке, она впервые за эти дни вздохнула полной грудью и успокоилась. Но настал его черед, поглаживая ее по спине Йен начал.

– Чем ты думала, когда убегала? – спросил он, почти спокойным голосом.

– Я не убегала, – тихо сказала она, – мне сказали, что ты ранен, и я побежала к тебе.

Натали отстранилась, заглянув в глаза мужу. Вдруг смысл сказанного дошел до нее, надо было убедиться, что стоящей перед ней возлюбленный действительно не ранен.

Она принялась ощупывать его сильные руки и могучую грудь, но муж резко схватил ее за плечи и отнял от себя. Девушка уставилась на него полными негодования глазами.

– Женщина, если ты не хочешь, чтобы я на глазах наших людей показал, как сильно по тебе тосковал, прекрати это немедленно, – произнес он хриплым голосом.

Натали смутилась, и щеки ее начали розоветь.

– Я просто хотела убедиться, что на тебе нет ран, – сказала она потупившись.

Йен приподнял ее за подбородок и их глаза встретились. Он улыбнулся и впился в нее страстным поцелуем, таким, что девушка ахнула, а потом, забыв обо всем и обо всех начала с не меньшим пылом отвечать на поцелуй супруга.

– Прошу прощения, что прерываю, но может мы уберемся подальше отсюда прежде, чем хватятся нашей маленькой мисс? – спросил Рэф.

– Да, конечно, – согласился Йен, восстанавливая дыхание. Голова же Натали шла кругом, колени подгибались, и она не придумала ничего лучше, чем просто повиснуть на шее мужа, смущенная, но бесконечно счастливая. Йен подхватил ее на руки и быстрым шагом направился к лошадям, стоящим под ближайшими деревьями. Он легко впрыгнул в седло и устроил жену на коленях, прижал к груди и плотнее завернул в плед. Поездочка предстоит еще та, местами уже лежит снег, и по ночам становилось довольно холодно, а его маленькая женушка была не одета для конных прогулок зимой. Но то, что он увидел этой ночью, убедило, что она может о себе позаботиться, и вернуло его к прерванному разговору.

– Итак, ты будешь отвечать на мои вопросы? – нарочито грозно спросил Йен.

– Конечно, – сказала Натали, и устраиваясь поудобнее потерлась щекой о его горячую грудь, – что ты хочешь узнать?

У Йена перехватило дыхание, его малышка жива, и здорова, это все, о чем он мечтал, о чем молился. Когда – то он обещал ей, что позаботится о ней и не сдержал слово. Мало того, что ее похитили, она умудрилась самостоятельно освободится. Не было сомнений в том, что будь у нее больше времени она преодолела бы и стражу во дворе, и наверняка без жертв. Он тоже никого не убил, по крайней мере, не собирался этого делать. Теперь он будет стараться загладить свою вину, отомстит ее обидчикам, и больше никто в целом мире не посмеет причинить боль его маленькому ангелу. Но Натали прервала его мысли. Она ерзала в тщетных попытках устроиться удобнее, и Йену пришлось стиснуть ее крепче, а его восставшая плоть разъясняла желания лучше любых слов.

– Ой, – смущенно сказала она, – я пока не буду так делать, договорились? – последнее слово она прошептала с явным намеком. Йен решил не обращать внимания на ее слова, а то они никогда не закончат выяснять обстоятельства ее похищения.

– Кто сказал тебе, что я ранен? – нежно спросил он, слегка целуя ее ушко.

– Мммм, девушка, с рыжими волосами. Я не знаю, как ее зовут, она появилась на следующий день после нашей свадьбы, как раз, когда приезжал Генри.

– Да, такой цвет отличная примета для Ирландии, но и в Шотландии найдется не мало девушек с такими волосами, может ты заметила что-то еще? Как же нам ее найти?

– Не злись, – сказала она с улыбой, – но такой цвет редкость даже у шотландцев. Такое ощущение, что огонь покрывает ее волосы, они цвета закатного солнца над морем, очень яркие, – договорив это Натали почувствовала, как грудь Йена напряглась и он даже дыхание затаил, – я так понимаю, что ты ее узнал?

– Да, узнал, – сказал он потухшим голосом. Йен понимал, что похитителю помогал кто-то из членов клана, но одно дело предполагать, и совсем другое знать это точно. Тем более она, это просто немыслимо. Да и зачем ей это, ведь Джинни еще совсем ребенок. Он осекся, она давно уже не ребенок и многие достойные воины просили ее руки, а она всем отказывала. Что же не так было с этими молодыми людьми? А может быть что-то совсем не так было с ней? Ладно, это можно будет выяснить по возвращению в замок.

Долгое молчание Йена начало нервировать Натали. – Так кто она?

– Джинни, ее зовут Джинни, когда-то я спас ей жизнь. Она была совсем маленькой девочкой и ее чуть не затоптал конь отца. Каким-то чудом я успел выхватить ее из-под копыт, так чтобы никто не пострадал.

– Тогда понятно, – печально сказала Натали, – женская ревность – это очень страшная вещь.

– Какая ревность, ты, о чем? – не понял Йен.

– Ты спас ей жизнь, когда она была ребенком, и она сейчас не замужем?

– Нет, она отвергла всех, и, если честно я уже отчаялся выдать ее замуж.

– Готова поспорить, что она влюблена в тебя и отвергала все предложения, потому что ждала, когда же ты сделаешь его. Вместо этого ты женился на мне, а я ведь даже не шотландка. же Ната началтятся от возразить ей, но заачалтго обратно, его молодая жена оказалась умна непогодам. Действительно, это все объясняло. Но все же он не мог поверить, что малышка Джинни помогла похитить его жену, это просто не укладывалось в его голове. С этим надо будет разобраться, когда они приедут домой.

– Как ты узнал, где я? – в свою очередь спросила Натали.

– Мы обыскали все дороги до земель Броукинов, и нашли на границе твою брошь, решили, что это они тебя выкрали, но Морей утверждал, что ничего не знает о твоем похищении, и несмотря на злость, я поверил ему. Потом еще Мод подтвердила мои опасения насчет твоего дяди, так что мы не стали долго ждать и отправились в Англию, и как мне кажется прибыли как раз вовремя. Но скажи, разве тяжело было подождать немного, пока я сам тебя спасу, как полагается любящему мужу? – нарочито торжественно спросил он.

Натали рассмеялась, – прости, но мне сказали, что все подстроили так, будто это Броукины и ты будешь искать меня на их землях, начнешь войну с ними, а про Англию даже не подумаешь, – уже грустно закончила она. же Натачмокнул ее в макушку, – я бы все равно нашел тебя, я бы послал людей проверить свои подозрения. Но скажи мне, как тебе удалось сбежать, неужели Генри оставил двери открытыми, и мы это проглядели?

– Нет, но сбежать было не так уж трудно, – сказала она с явным бахвальством, – я опоила охранника. Мне его конечно жалко, дядюшка наверняка шкуру с него спустит за то, что не уследил за мной, но это того стоило.

– А чем ты его опоила? – удивился Йен, – и вообще расскажи, что случилось после того, как Джинни выманила тебя, и почему рядом с тобой не было Роя? – Закончил вопрос он уже недружелюбным голосом, от которого Натали поежилась, осознавая, что в этом виновата только она. Если бы рядом был Рой, ее бы не похитили, но возможно покалечили или даже убили бы Роя, все-таки хорошо, что его не бтся ядом. Но не убил ли его Йен? И опять за ее оплошность, за то, что сбежала из-под охраны. От этих вопросов к горлу подступила тошнота.

– Я была с Давиной, она попросила меня отнесли сонного корня одной женщине, но когда я выходила, то так сильно задумалась, что забыла и про корень, и про женщину, и про охрану тоже. Мне нужно было подумать, и я направилась к конюшне. На полпути ко мне и подбежала Джинни, с криками, что ты ранен. Она потащила меня куда-то, а потом все померкло и очнулась я в повозке с сеном. Три дня мы ехали до Англии, а потом оказалась в замке дядюшки. Генри хотел, чтобы я отписала ему все свои, прости, все наши земли и все деньги. Сначала я решила потянуть время и сказалась больной после поездки, а потом случайно нашла этот корень. Так что Морог еще раз спасла мне жизнь, это ведь она научила меня, как он действует. – сказала девушка, и лукаво улыбнулась. – А дальше, осталось только найти выход. Но ответь и ты на мой вопрос, что вы сделали со стражей?

Теперь на губах Йена заиграла лукавая улыбка и он показал ей какой-то странный кожаный ремешок.

– Что это? – Натали взяла в руки шнурок.

– Это праща, вот сюда закладывается камень и вот так раскручивается на пальцах, главное метко кинуть камень. Это вообще-то женское оружие, но мы решили не привлекать к себе внимание, стрелы сообщили бы о нашем приходе, а поскольку мы точно не знали у него ты или нет, решили действовать незаметно.

– Я так тебе благодарна, и так перед тобой виновата, – прошептала она. же – Да, мы еще не разобрались, о чем таком ты задумалась, что ушла одна?

– О свадьбе Нейла, и о предстоящем мире.

– С миром пока еще неизвестно как быть, – сурово сказал Йен.

– Ты начал войну с Броукинами? – испуганно спросила Натали.

– Нет. То есть пока нет. Я был не в себе и думаю, наговорил лишнего Морею. же Носле этих слов Йен погрузился в свои мысли, а Натали не стала его тревожить. Самое главное, он был здесь, она втго объятиях и больше ничто на свете ее не тревожило. Почти ничто, новости такого характера она не хотела преподносить мужу сидя на хребте его коня. Возможно скрывать это от него тоже не было смысла, а подходящий момент, с учетом их насыщенной событиями жизни, мог настать нескоро, мало ли что еще может случиться. Девушка набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула. Теоретически он ее любит, и она об этом знает, но всегда остается место для неожиданностей. Он потерял своего первого ребенка и Натали не знала, как он отреагирует на эту новость. Но и ждать тоже не хотелось. За последние дни она много раз думала о том, что больше никогда не увидит мужа, не обнимет его. Но ей повезло, надо ловить удачу, решила она и сделала еще один глубокий вдох, а на выдохе начала говорить.

– Йен, ты меня слушаешь?

– Да, – рассеянно сказал он, но слышать из ее уст свое имя было безмерно приятно, и в знак благодарности он автоматически поцеловал ее в макушку.

– Ну раз слушаешь, слушай. Ты станешь отцом. Я имею ввиду то, что у нас будет ребенок, я беременна. Вот ведь, все перепутала, как– то началось с конца, а закончилось началом, так и знала, что от нервов не смогу говорить связно.

Йен посмотрел на жену, она уставилась куда – то мимо него, и подняв ее лицо за подбородок заставил посмотреть себе в глаза: – я буду папой?

– Ну, я беременна, если ты об этом. Наверное, да, – начала она теряться в словах.

– Ты уверена? – спросил он. На его лице не отражалось ни одной эмоции, такого лица у мужа она еще не видела. Натали закусила губу, что – то он не сильно обрадовался. Может быть стоило подождать, к примеру, пару месяцев, чтобы он как– то сам догадался…

– Так ты уверена? – еще раз спросил он. Натали могла только кивнуть, она так нервничала, боялась, что голос подведет ее. же Ната Ётановил коня, слез с него, и в его движениях не чувствовалось обычной легкости. Скорее он сполз на землю вовремя подставив ноги, чтобы не упасть. Развернулся к ничего не понимающим воинам, которые тоже Ётановились и во все горло что-то прокричал по-гаэльски. Натали учила этот язык и уже неплохо понимала, но этого вопля она не разобрала. Но все остальные все очень хорошо поняли, они тоже соскочили с коней и с воплями бросились к ее мужу. Девушка не на шутку перепугалась, когда они подхватили его и начали подбрасывать в воздух. Сейчас ей хотелось только одного – слиться с седлом, чтобы ее сея учесть миновала. К счастью Пег был привычтак подобному выражению эмоций и даже ухом не повел, хоть один положительный момент в этой ситуации. Через несколько минут Натали поняла, что про нее забыли. Йена поставили на ноги, а мужчины встали перед ним на одно колено и достали кто мечи, а кто ножи, и с не менее громким воплем вонзили их в землю. Она уже видела подобное, когда мужчины после их свадьбы присягали ей на верность, но зачем они проделывают это еще раз перед Йеном? Спросить об этом было страшно, она не понимала, что происходит и как на это реагировать, и выбрала вариант невмешательства, решила подождать пока они успокоятся и быть может, опять Ётанут вменяемыми людьми. Первыми поднялись двое, с которыми Натали была незнакома, а по цветам пледа догадалась, что они даже не из их клана. Замечательно, тут еще и чужие, все лучше и лучше. Обидевшись сама, не зная на что, девушка сложила руки на груди и насупилась, однако продолжила рассматривать незнакомцев. Выглядели они как типичные шотландцы, – высокие и широкие в плечах, и были они удивительно похожи, настолько, что можно было их принять за братьев, только один постарше, а другой моложе. У того что постарше, когда-то были светло каштановые волосы, теперь сильно высветленные сединой и эта седина удивительно придавала ему стати, серебрилась в усах и бороде. Но присмотревшись получше, Натали заметила окося та мо щинки, которые бывают от частых улыбок, такие же мо щинки были вокруг глаз. Он и сейчас улыбался, как будто вся эта ситуация доставляла ему искреннее удовольствие. Еще у него были такие удивительные зеленые глаза, каких девушка еще не видела, цвета молодой травы. Они сверкали и переливались лучше любых драгоценных камней, и только минуту спустя она поняла, что они лучатся от смеха. Но была в них еще огромная доброта и мудрость, появляющаяся только с годами. Оторвав от него взгляд, Натали повернулась к его более молодой копии и опешила, – на нее смотрели те же глаза, такие же зеленые и смешливые, только еще по – юношески задорные. Каштановые волосы не были тронуты сединой и бороды тоже не было. На его губах играла такая же улыбка и Натали не смогла не улыбнуться в ответ. Тут почувствовала, как ее ногу что– то сжало, обернувшись она заметила своего супруга, смотревшего на нее с подозрением.

– Ты хоть слово поняла из того, что они сказали? – осведомился он.

Натали было очень стыдно, видимо пока она столь беспардонно глазела на их гостей, те о чем-то говорили.

– Не уверена, – тихонько проговорила она и потупилась, мужчины разразились громоподобным хохотом. Девушка, поняв, что ее застали на месте преступления и теперь потешаются, покраснела до корней волос.

– Я сказал, – заговорил старший, – что хочу поздравить счастливейшего человека на этой земле. Он думал, что потерял жену, а оказалось, везет домой наследника. Это достойный повод радоваться и поднимать кубки, что мы непременно сделаем, как только приедем в замок МакАроков. – И он подошел обнять Йена.

– На самом деле, – заговорил молодой, – отец хотел сказать, что поздравляет он вас обоих от лица всего клана МакГейри, правильно отец?

– Ну, это ты у нас говоришь красиво, а я – правду. Ох и выпьем же мы по этому поводу! – закричал он и расхохотался.

Тут Натали поняла, что видимо это и есть Лохлан и Нейл МакГейри, и сразу воспаряла духом. Нейл тоже бнял ее мужа, а потом за ним по старшинству принесли поздравления и все остальные воины, под неумолкаемые шутки и громкий смех лэрда Лохлана. Когда же с поздравлениями было закончено, все глаза обратились к ней. Натали заерзала в седле, не понимая, чего от нее хотят. Она вопросительно повернулась к своему мужу. Ты должна принять от них клятву верности, – объяснил он.

– Но они ее уже приносили, – так же шепотом сказала она, – когда мы поженились.

– Это несколько другое, они обещают защищать тебя и нашего ребенка, пока он не родится, а когда родится, эту клятву они принесут ему лично. Вообще так не делается, но в сложившихся обстоятельствах, они хотят, чтобы ты знала, что можешь положиться на каждого из них как на саму себя, они будут верны тебе до смерти. же Носле этих слов Натали посмотрела на воинов немного испуганными глазами, они кивнули ей.

– Тогда я принимаю эту клятву, – сказала она срывающимся от волнения голосом, если это для них так важно, я буду рада им служить.

То, что началось после, Натали не могла представить себе ни в одном кошмарном сне. Один за другим они начали отвязывать часть пледа, которая была перекинута через плечо и расстегивать рубахи отодвигая во от набок. Потом Лохлан взял нож и сделал надрез на груди, прямо над сердцем. Под лезвием ножа выступила кровь, но он ее кажется даже не заметил. Также поступил его сын, а за ним все остальные воины, после чего они молча встали на одно колено и вонзили окровавленные ножи в землю склонив голову. Натали так и смотрела на это с раскрытым том и расширенными от ужаса и удивления глазами. И снова из ступора ее вывел Йен, тронув за руку, он прошептал: – поблагодари их, они сделали самый дорогой подарок нашему ребенку, который только можно пожелать. Таков наш древний обычай, чтобы тебе было понятнее, это, как если бы они все стали крестными отцами нашего малыша.

Натали перевела на него ошарашенный взгляд, потом постаралась взять себя в руки и для начала заачала рот. Потом сглотнула пересохшим горлом и прокашлявшись, поблагодарила воинов по-гаэльски, насколько хватило ее знаний языка.

Покончив с поздравлениями и клятвами, они снова тронулись в путь. Натали еще не пришла в себя после увиденного, но попыталась расспросить мужа о том, что произошло и почему.

– Я так понимаю, что ты не против стать отцом, – начала она издалека.

– Не против, – ухмыльнулся он.

– А что такое они делали с тобой?

– Они разделяли вместе со мной мо радость и мое везение. Как сказал Лохлан, я ехал вызволять любимую жену из плена, а привезу домой наследника, этому все могут только позавидовать. У меня самая смелая и сильная жена, которая подарит мне сына, и он будет сильнее тысячи воинов и умнее сотни мудрецов.

– Ну, а если это будет девочка, – допытывалась Натали.

– Мой предок, а точнее наш с МакГейри, перед смертью сделал пророчество, что пройдет много лет, и появится в нашем роду женщина, которая будет не шотландка по рождению, но духом и сердцем, ста