Прочитайте онлайн 100 знаменитых москвичей | Третьяк Владислав Александрович(род. в 1952 г.)

Читать книгу 100 знаменитых москвичей
2916+6417
  • Автор:
  • Язык: ru

Третьяк Владислав Александрович

(род. в 1952 г.)

Онлайн библиотека litra.info

Лучший хоккеист XX века. Заслуженный мастер спорта (1971 г.), трехкратный олимпийский чемпион (1912, 1916, 1984 гг.), десятикратный чемпион мира, девятикратный чемпион Европы, обладатель Кубка Канады (1981 г.). Первым из европейцев вошел в Зал хоккейной славы в Торонто (1991 г.). Тренер-консультант сборной России и «Чикаго Блэк Хоукс». Ведет мастер-классы вратарей. Основатель и президент фонда «Международная спортивная академия Владислава Третьяка». Председатель комиссии по делам ветеранов совета по физической культуре и спорту при Президенте РФ. Заместитель председателя Комитета Государственной думы по физической культуре и спорту. Представитель канадской фирмы «Bombardier» в РФ. Награжден многими правительственными наградами, в том числе орденами Ленина, Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, «Знак Почета» и медалью «За трудовую доблесть».

После знаменитой серии матчей с канадскими профессионалами, которая состоялась в 1972 г., канадцы назвали Третьяка «русским чудом». А сам он однажды сказал: «Я – вратарь, моя стихия – кипящий страстями каток. Я люблю ощущать себя в гуще хоккейных сражений, когда свистят и бухают о деревянные борты шайбы, когда искры летят из-под коньков, а от горячего дыхания спортсменов, кажется, вот-вот растает лед. Я люблю, когда от напряжения сердце готово выскочить из груди, и пот застилает глаза, и безумствуют трибуны, и атаки соперников, как волны, накатываются на мои ворота, я люблю, потому что это – моя жизнь».

Владислав родился 25 апреля 1952 г. в подмосковном селе Орудьево, а детство и юность его прошли в самой столице. В семье к спорту относились уважительно. Отец, Александр Дмитриевич Третьяк, – кадровый офицер, военный летчик, с детства приучал сыновей к дисциплине и труду и мечтал, что сын станет летчиком. Владислав вспоминал, что у них со старшим братом «все было расписано по минутам, и пока все это не сделаешь, гулять не пойдешь». А мать, Вера Петровна, была «мотором» семейного физкультурного движения. Она долгие годы преподавала физкультуру сначала в школе, а затем в институте физкультуры в подмосковной Малаховке, но среди всех видов спорта особенно выделяла хоккей, потому что в молодые годы и сама играла в хоккей с мячом в составе женской команды. В школьных соревнованиях Владик становился то легкоатлетом, то баскетболистом, то футболистом, то лыжником, бегал кроссы, часами играл в пинг-понг, волейбол, футбол. По примеру брата он пробовал заниматься плаванием, затем увлекся прыжками в воду. Именно тогда, прыгая с пятиметровой вышки, мальчишка научился преодолевать страх.

И везде Владислав мечтал стать чемпионом. Однажды он так и заявил маме: «Обязательно буду чемпионом». – «Спортсменом», – поправила она. «Нет, только чемпионом!» – твердил юный Третьяк. А в 11 лет он пришел в детскую спортивную школу ЦСКА. Шел набор в хоккейную школу. Из 200 юных претендентов взяли только четверых, и в том числе Владислава. Вот когда ему пригодились воскресные семейные походы на каток в ЦПКиО им. Горького. Он прошел по конкурсу как нападающий. Мальчишка регулярно посещал тренировки и полгода с нетерпением ждал, когда ему вместе с другими новичками выдадут настоящую хоккейную форму. Наконец юный хоккеист не выдержал и подошел к своему первому тренеру Виталию Георгиевичу Ерфилову. Тот объяснил, что есть только один свободный комплект – вратарский. Конечно, мальчишке очень хотелось вихрем проноситься по полю и забивать шайбы, но желание иметь форму оказалось сильней. Откуда Третьяку тогда было знать, как больно бьет шайба и вообще как тяжела доля вратаря?! Но главное, вратарь играет без передышки. Он не может посидеть на скамейке, расслабиться, а должен все 60 минут, до последней секунды быть во внимании. И даже если вратарь опытный и умеет расслабиться хотя бы физически, то психологически – ни на миг не имеет права упустить из вида шайбу, где бы она ни была на площадке.

Освоить азы вратарской науки ему помог В. Ерфилов. Поверил в 14-летнего мальчишку и тренер сборной юношеской команды Советского Союза и фактически дал ему путевку в большой хоккей. А потом юным вратарем заинтересовался тренер советской сборной А.В. Тарасов. Он начал индивидуально заниматься с Владиславом, и вскоре его профессиональное мастерство резко возросло. В 17 лет Третьяк уже держал ворота команды мастеров ЦСКА на чемпионате СССР. Карьера Владислава развивалась стремительно, но ни близкие, ни болельщики не замечали за ним «звездной болезни». Он не пропустил ни одной тренировки, всегда работал на командную победу. К синякам и травмам Третьяк привык быстро. А вот к неудачам за все годы, проведенные в хоккее, так и не смог. Неудачи прямо-таки физической болью отзывались в нем, и не раз случалось в юности, что он не мог после проигрыша сдержать слез и вся команда успокаивала его. Когда Третьяку исполнилось восемнадцать лет, он занял место голкипера в воротах сборной страны, а в двадцать два года уже был назван лучшим вратарем мира.

А ведь казалось, сама внешность Третьяка не располагала к тому, что он станет хорошим вратарем. При высоком росте ему было трудно ловить шайбы, которые шли низом. Но тем не менее он сумел преодолеть этот недостаток и накрепко «запечатал» свои ворота. Он первым из вратарей применил «стиль баттерфляй». Владислав стал садиться, как бабочка, одним махом выбрасывая ноги в разные стороны, и практически перекрывал весь низ. После серии матчей с канадской сборной (1972 г.), которую считали лучшей в мире, все не верили, что появился такой вратарь, который стал конкурировать с канадцами. Третьяку даже задавали вопрос: «Правда ли, что Политбюро, решив сделать из вас непробиваемого вратаря, заставило вас прибегнуть к хирургическому вмешательству и провести операции обеих ног?» Но никаких «фокусов» в своей игре Третьяк не применял, а Тони Эспозито в послематчевых интервью заявил: «После игр первой половины серии наша пресса вовсю упрекала канадских форвардов. Но упрекала зря… Мы с Кеном, вратари-профессионалы, играли в этих матчах с русскими как любители. Третьяк – профессионал высшего класса. И пожелай он выступить в НХЛ, любой клуб с готовностью подписал бы с ним контракт…»

В своей игре Владислав знал много секретов и всегда считал, что как вратарь должен рассчитывать не столько на защитников, сколько на самого себя. А значит, он может и должен отбивать любую шайбу. Неоценимым качеством Третьяка являлась и психологическая устойчивость. Противники постоянно старались спровоцировать его, заставить выйти из себя. Но Третьяк и по жизни немного флегматик, и поэтому все попытки ввести советского вратаря в запрещенную игру всегда проваливались. Человек весьма организованный и дисциплинированный, привыкший все планировать, он к тому же имел дар тонко анализировать ход событий на ледовой площадке, предугадывать действия соперников. Третьяк внимательно изучал манеру нападения в каждой команде и соответственно строил свою оборонительную тактику.

Сыграв всего несколько матчей на мировой арене, Владислав стал любимцем миллионов болельщиков, причем болели за него даже фанаты будущих противников. Прежде всего зрителей восхищало его необыкновенное мастерство, удивительная реакция, подвижность, мужество и та непостижимая ловкость, с которой он ловил шайбы, летевшие в ворота сборной СССР. Не в меньшей степени поклонникам хоккея импонировала открытая улыбка Третьяка, его дружелюбное, благожелательное отношение ко всем. Случалось, что после игры он, уставший, часами раздавал автографы. Особенной популярностью Владислав пользовался на родине хоккея: в Северной Америке четыре раза издавались его книги, которые буквально сметались с прилавков магазинов. Самые видные канадские государственные мужи считали для себя за честь пожать его широкую ладонь и сфотографироваться рядом с ним, офицером Советской Армии (сейчас он полковник запаса).

В течение 16 лет Владислав Третьяк оставался в СССР первым вратарем. Его преданность любимому делу была фантастической. Спортивный обозреватель Ги Лефлер как-то сказал, что «Третьяк – человек с тысячью рук и тысячью глаз, его реакция фантастична!» Он сыграл 482 матча в чемпионатах СССР и 117 матчей на чемпионатах мира и Олимпийских играх, пять раз был признан лучшим хоккеистом СССР (1974 – 1976, 1981, 1983 гг.), трижды лучшим хоккеистом Европы (1981 – 1983 гг.), дважды лучшим вратарем на чемпионатах мира (1981, 1983 гг.). Третьяк признан Международной федерацией хоккея лучшим вратарем XX века. Команда ЦСКА с участием Владислава выиграла 13 чемпионатов страны из 16; сборная СССР трижды победила на Олимпийских играх (1972 г., Саппоро; 1976 г., Инсбрук; 1984 г., Сараево) и 10 раз на чемпионатах мира (1970 – 1983 гг.). Спокойствие и уверенность вратаря заставляли нервничать соперников и удваивали силы партнеров, и чем труднее был матч, тем надежнее защищал ворота Третьяк. За огромное мастерство и преданность хоккею он первым из европейцев в 1997 г. вошел в Зал хоккейной славы в Торонто. И в том же году по случаю 25-летия хоккейной суперсерии 1972 г. «СССР – Канада» был выпущен юбилейный доллар с изображением Третьяка в память об этом событии. А Международной федерацией хоккея и Федерацией хоккея России он был назван лучшим хоккеистом XX века.

Серьезно подходил Владислав не только к хоккею. Просто удивительно, как при такой нагрузке он сумел получить два высших образования, с успехом окончив Смоленский государственный институт физической культуры и Военно-политическую академию им. В.И. Ленина. Третьяк активно способствовал популяризации хоккея с шайбой и был одним из активистов Всесоюзного клуба «Золотая шайба», проводящего соревнования среди детских дворовых команд.

Великолепная интуиция Владислава не подвела его и в выборе супруги. Интересно, что при практически полном отсутствии личной жизни, проводя в год 9 – 12 месяцев на сборах, он просто согласился с предложением подруги мамы встретиться с «хорошей девушкой». Познакомился по телефону и уехал на соревнования, а через какое-то время узнал, что Татьяна собирается замуж. И тут взыграло мужское самолюбие: «Где это видано, чтобы у меня девушку уводили из-под самого носа?!» Дальше Владислав действовал решительно, потому что понял: это судьба. На ухаживания времени не было: через пять дней он познакомился с родителями Татьяны, сделал предложение и даже обручился, предварительно купив кольца. Через две недели он вернулся с соревнований в Германии и привез невесте отрез на платье и фату. Отступать было некуда, но, правда, день свадьбы трижды переносили, а вместо медового месяца молодой муж улетел за золотыми медалями в Канаду. Татьяна Евгеньевна считает Владислава самым уникальным и замечательным супругом, говорит, что он способен блистать не только на спортивной арене, но и во всех домашних делах. И все-таки дом – это не его поле деятельности. Благодаря жене, создавшей прочный тыл, Третьяк смог полностью отдаваться спорту, а затем работе. Наследники великого вратаря далеки от спорта: сын Дмитрий – стоматолог, дочь Ирина – юрист, внучка Анечка еще слишком мала, чтобы заниматься спортом. Радует его внук Максим. Он с пяти лет тренируется в школе ЦСКА: вначале как нападающий, а теперь Третьяк-младший, выяснив, что у вратарей зубы всегда остаются в целости благодаря спасительной маске, решил пойти по стопам деда. Возможно, Максим станет продолжателем династии.

Отдав всю жизнь спорту, Третьяк остался верен ему и после ухода. Правда, он не успел поиграть за профессионалов. В 1984 г., когда Владиславу было уже почти 32 года, руководители «Монреаль Канадиенс» сделали последнюю попытку заполучить Третьяка: в Сараево на Белую Олимпиаду был привезен контракт с суммой, которая имела хвост из шести нулей. Но тот сезон стал для Владислава последним. «Я устал и потому ухожу…» – заявил он. Его приглашали вторым тренером в канадский клуб «Эдмонтон ойлерс». Но тогда не было принято уезжать за рубеж играть или тренировать. Оставив лед, Владислав Александрович ушел на административную работу в ЦСКА и спорткомитет Министерства обороны СССР, представлял Вооруженные силы в президиуме Федерации хоккея СССР.

Но кабинеты не затмили ни его славы, ни мастерства. Третьяка по-прежнему ценят и нуждаются в его помощи и советах не только в России, но и за рубежом. Более 10 лет его ежегодно приглашают в Чикаго консультировать мастеров команды «Чикаго Блэк Хоукс». В Соединенных Штатах Америки и в Канаде в его семи школах тренируется 500 детей, и, к сожалению, самые талантливые скоро будут защищать ворота противников российской сборной. Когда Третьяку корректно или не совсем бросают обвинения: «А как же наши?», он откровенно называет вещи своими именами: «Мы можем вернуть былую славу, только когда мы будем такие же экономически сильные, как Северная Америка, и сможем платить такие зарплаты. Если, допустим, Буре получает 5 миллионов в год, а мы не можем накормить своих шахтеров, по-моему, мы сейчас еще далеки от этого. Хотя уже ростки есть». Да и сам Владислав Александрович много работает в этом направлении. Он не только является тренером олимпийской команды России и отвечает за ее психологический микроклимат, но как президент фонда «Международная спортивная академия», носящего его имя, делает все от него зависящее, чтобы открыть русскую школу хоккея, в которую будут приезжать ребята из других стран. Третьяк признается, что больше всего ему нравится проводить детские турниры по хоккею и от них он получает колоссальное удовольствие. Однако большой культурно-оздоровительный комплекс в Митино, под который уже отведена земля, пока существует только в проекте. Но Третьяк уверен, что и с этой задачей сумеет справиться, ведь ему верят, – не может подвести человек, которого называют символом советского хоккея, хотя и часто сокрушаются, что «таких уникальных вратарей у нас сегодня нет».