Прочитайте онлайн 100 знаменитых москвичей | Окуджава Булат Шалвович(род. в 1924 г. – ум. в 1997 г.)

Читать книгу 100 знаменитых москвичей
2916+6213
  • Автор:
  • Язык: ru

Окуджава Булат Шалвович

(род. в 1924 г. – ум. в 1997 г.)

Онлайн библиотека litra.info

Поэт, прозаик, музыкант, композитор, драматург, сценарист, исполнитель собственных песен. Признан одним из создателей жанра «авторской песни». Лауреат Государственной премии СССР (1991 г.), Букеровской премии (1994 г. за автобиографический роман «Упраздненный театр»), премий «Пеньо Пенев» (Болгария, 1990 г.) и «За мужество в литературе» им. А.Д. Сахарова (1991 г.), а также многочисленных конкурсов, в частности «Золотой венец» (Югославия, 1967 г.), фестивале в Сан-Ремо (Италия, 1985 г.). Удостоен медали «За оборону Кавказа», ордена Дружбы народов, почетной медали Советского фонда мира. Почетный доктор гуманитарных наук Норвичского университета, США (1990 г.).

Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет, Господи, дай же ты каждому, чего у него нет: Мудрому дай голову, трусливому дай коня, Дай счастливому денег и не забудь про меня.

Бог был милостив к поэту. Послав ему немало испытаний, он уготовил избраннику посмертную жизнь не только на небе, но и на грешной земле – в сердцах миллионов людей. А на Арбате стоит памятник Окуджаве – пусть не особенно удачный, по-московски вычурный. Он мало похож на запомнившийся поклонникам образ Булата Шалвовича. Как, впрочем, и нынешний Арбат, который предстает в стихах Окуджавы «отечеством» и даже «религией». Это была улица его детства. Здесь он родился 9 мая 1924 г. Отец – грузин, мать – армянка: оба были довольно высокопоставленными партийными работниками. В 1934 г. семья переехала в Нижний Тагил. Глава семьи был назначен первым секретарем городского комитета партии, его супруга – секретарем райкома. Но через четыре года спокойная жизнь закончилась: родителей арестовали, отца расстреляли, маму отправили в карагандинский лагерь, а затем в ссылку. Булат с братом возвратились в Москву, к бабушке. Он жил на Арбате, учился в школе, с 14-летнего возраста подрабатывал в театре статистом и рабочим сцены.

В 1940 г. Окуджава переехал из Москвы к родственникам в Тбилиси. С началом Великой Отечественной войны работал токарем на оборонном заводе и учился в школе, но после окончания девятого класса ушел добровольцем на фронт. Служил в запасном минометном дивизионе, затем после двух месяцев обучения был отправлен на Северо-Кавказский фронт. Был минометчиком, потом, после тяжелого ранения под г. Моздок, служил радистом тяжелой артиллерии. Окуджава вспоминал: «Я был очень смешной солдат. И наверное, толку от меня было немножко. Но я очень старался делать так, чтобы все были довольны. Я стрелял, когда нужно было стрелять. Хотя честно вам скажу, что не с большой любовью я стрелял, потому что убивать людей – это не очень приятная вещь. Потом – я очень боялся фронта… Впечатление от фронта было очень сильное, потому что я был мальчишкой. И потом уже, впоследствии, когда я стал писать стихи, первые мои стихи были на военную тему. Много было стихотворений. Из них получились песни. Из некоторых. Это были в основном грустные песни. Ну, потому что, я вам скажу, ничего веселого в войне нет».

Свою первую песню «Нам в холодных теплушках не спалось» он написал в 1943 г., а до этого были просто стихи, которые печатались в газете Закавказского военного округа «Боец РККА». В 1945 г. Окуджава демобилизовался и вернулся в Тбилиси, окончил экстерном школу и поступил на филологический факультет Тбилисского университета. Первая ставшая известной песня «Неистов и упрям…» была написана в студенческие годы. По окончании учебы он по распределению учительствовал в деревне Шамордино и районном центре Высокиничи Калужской области, затем – в одной из средних школ г. Калуги. Здесь же, в Калуге, Булат Шалвович был корреспондентом и литературным сотрудником областных газет «Знамя» и «Молодой ленинец», на страницах которых регулярно появлялись его стихи, и здесь увидел свет первый сборник поэта «Лирика» (1956 г.) – тоненькая книжечка в синей бумажной обложке с листами, скрепленными одной скрепкой. Но за внешне непритязательным видом таились стихи, которые было бы невозможно отделить от музыки:

Осень ранняя. Падают листья.Осторожно ступайте в траву.Каждый лист – это мордочка лисья:Вот земля, на которой живу:По стволам пробегает горенье,И стволы пропадают во рву.Каждый ствол – это тело оленье:Вот земля, на которой живу.Красный дуб с голубыми рогамиЖдет соперника из тишины:Осторожней: топор под ногами!А дороги назад сожжены!

В 1955 г. были реабилитированы родители Окуджавы, и спустя год он возвратился в Москву. Участвовал в работе литературного объединения «Магистраль», был редактором в издательстве «Молодая гвардия», затем – заведующим отделом поэзии в «Литературной газете». Стихи Булата печатались в периодических изданиях и поэтических сборниках, в 1959 г. в Москве вышел его поэтический сборник «Острова». В 1961 году в альманахе «Тарусские страницы» была опубликована автобиографическая повесть «Будь здоров, школяр», но отдельного издания она удостоилась спустя три года во Франкфурте-на-Майне. Имя Окуджавы как поэта становилось все более известным: сборники стихов вышли в Тбилиси и Лондоне.

Поэзия Окуджавы проста и сложна одновременно: это и творчески преобразованная традиция городского романса, и некрасовская линия прозаизации стиха, и русский символизм с его предельной многозначностью ключевых образов, и поэтика В. Маяковского с ее речевыми сдвигами и акцентным стихом, что придает стихам задушевно-доверительную интонацию. Мир Окуджавы интимен и космичен. Полночный троллейбус становится кораблем, а пассажиры – матросами. Синий шарик улетает и возвращается, успев побывать земным шаром. Реальные, земные Вера, Люба и Надя-Наденька превращаются в символическую триаду Вера-Надежда-Любовь. А его индивидуальная поэтическая фразеология («дежурный по апрелю», «надежды маленький оркестрик», «возьмемся за руки, друзья» и т. п.) стала частью общенационального языка.

Но не все известные поэты сразу признали в нем мастера. Вот, например, Наум Коржавин говорил: «В отличие от Жени Евтушенко, первая книга Булата мне понравилась. Другое дело, что, читая ее, мне чего-то не хватало. Но когда я услышал стихи Окуджавы под его собственную музыку, я понял – чего именно! Песни Булата Окуджавы – это подлинная поэзия. Он и в прозе был поэтом! А главным недостатком современной поэзии я считаю как раз ее прозу. Вот тут говорили: жизнестойкость поэзии Окуджавы в том, что она не на злобу дня, а о вечном! Это еще как понимать злобу дня! Окуджава очень современен как раз в том, что в его стихи перелились его сегодняшние эмоции, его отношение к современным реалиям и современным событиям, а потому они актуальны, но тем и вечны. Иногда кажется, он писал о том, что просто лежит под ногами, только наклонись и возьми».

Вступив в Союз писателей в 1962 г., Булат Шалвович полностью сосредоточился на творческой работе. Его поэтические и прозаические сборники «Веселый барабанщик», «По дороге к Тинатин» (оба в 1964 г.), «Март великодушный», «Фронт приходит к нам» (оба в 1967 г.) моментально сметались с прилавков, а лучше сказать – из-под прилавков. Такой успех был объясним не только изумительной поэзией Окуджавы, но еще и тем, что с конца 1950-х гг. во всех домах, где в то время имелись магнитофоны, слушали, как Булат Шалвович, неторопливо перебирая струны гитары, пел свои стихи-песни, хотя сам себя он ни к композиторам, ни тем более к певцам не причислял. Это был особый стиль, который в Европе называют бардовским, а у нас с легкой руки В. Высоцкого – авторской песней.

Слияние стихов с музыкой, по признанию Окуджавы, произошло случайно. Однажды вечером он с женой Ольгой Владимировной Арцимович и сыном Булатом (Антоном; стал музыкантом и композитором) принимали молодых московских поэтов, и, желая развлечь и позабавить своих друзей, поэт исполнил под незатейливый разухабистый мотивчик свое шутливое стихотворение про Ваньку Морозова, который циркачку полюбил. Песня очень понравилась, и Окуджава за несколько дней написал еще несколько. Позже он не раз говорил, что одним из самых счастливых дней своей жизни считает тот, когда обнаружил, что может писать песни.

Эти песни, совершенные в поэтическом и весьма своеобразные в музыкальном отношении, были неотразимо обаятельны. Страна влюбилась в них – из них струились доброта, мужество и красота, а в тонкие интимные интонации вплетались мягкая ирония и юмор. Но самое главное – песни Окуджавы лучше всего слушать, когда их поет автор, потому что большинство из них во всей полноте их замысла и тонкости оттенков могут быть восприняты наиболее полно именно и только в авторском исполнении – в этом один из секретов их феноменальной популярности: в единстве стихов, мелодии, ритма, голоса, аккомпанемента. Исполнить песню Окуджавы на достойном уровне удается немногим. Среди российских исполнителей это, пожалуй, только Е. Камбурова и Никитины. Хотя следует признать, что многих поклонников Окуджавы потрясло подкупающей искренностью, тонким и бережным проникновением в щемящее сердце русского романса исполнение японской певицы в сопровождении большого симфонического оркестра шедевра окуджавской лирики – «Последнего троллейбуса».

Окуджаву наряду с Н. Матвеевой и А. Галичем считают основоположником жанра авторской песни. Песни Булата Шалвовича принесли ему широкую известность во всем мире. Появились и мгновенно разошлись по стране магнитофонные записи его выступлений. Его песни звучали по радио, телевидению, в кинофильмах и спектаклях. Вначале он считал, что его творчество воспримет только узкий круг мыслящих людей, близких ему по духу, но публичные выступления доказали, что его песни близки очень многим. Песни «Полночный троллейбус», «Ванька Морозов», «Король», «До свидания, мальчики», «Песенка про Черного кота», «Часовые любви», «Песенка о московском муравье», «Живописцы, окуните ваши кисти…», «Ах, Арбат, мой Арбат…» и многие другие сразу же покорили слушателей. Всенародная слава Окуджавы вызывала подозрительное отношение к нему у партийных идеологов, а также завистливо-снобистскую реакцию со стороны многих литераторов, долгие годы стремившихся отлучить его от «высокой» поэзии. Сам Окуджава никогда не видел принципиального различия между своими стихотворениями-песнями и непесенными стихотворениями. На поэта обрушился град разгромных статей с издевательскими заголовками вроде «Цена шумного успеха», «Ловцы дешевой славы».

Особое мнение о песнях Окуджавы было и у Д.Д. Шостаковича. Он сказал однажды, что у Булата Шалвовича настолько органично единство стихов, музыки и исполнения, что нет надобности в том, чтобы профессиональные композиторы писали новые мелодии на тексты уже существующих песен. Так, по заказу режиссера фильма «Белорусский вокзал» Окуджава написал одну из своих лучших военных песен, знаменитую «Нам нужна одна победа». Вначале песня А. Смирнову не понравилась, но присутствовавший на прослушивании композитор Альфред Шнитке сказал, что «в этом что-то есть» и позже на музыкальной теме Окуджавы сочинил мощный финал, которого в первоначальном замысле картины вообще не было.

Не нравился поэт властям еще и потому, что был неудобным человеком. Как сказал известный литератор Александр Генис: «Этот талантливейший и добрейший человек всегда оставался самим собой. Он был, как дерево, – рос, не меняясь». А его друг Э. Неизвестный добавил: «Это правда, что Булат был талантливым, честным, музыкальным. Но он еще был последовательным в своих взглядах и был в какой-то степени философом. Между прочим, он даже внешне походил на Ганди». Он исповедовал как религию то, что называется вечными ценностями. Его гражданская позиция была однозначна и безупречна – в отличие от многих записных диссидентов, он никогда не предавал своих стихов. Окуджава принадлежал творчеству, и отвлечь его могли только по-настоящему серьезные дела – беда, война, просьба о помощи. Тогда он, как положено, вставал на защиту справедливости – подписывал письма в поддержку «отщепенцев» Даниэля и Синявского, космополита Солженицына, резко выступал против ввода советских танков в Прагу (а позже осудил военные действия в Чечне). И тогда уже беспартийному Е. Евтушенко пришлось всем своим авторитетом защищать члена КПСС Окуджаву, искренне верившего, что власть может быть человечной и во всем разберется справедливо.

Самого Окуджаву слава и шум вокруг его имени мало занимали. Будучи лауреатом всех мыслимых конкурсов, кавалером множества наград, членом десятков организаций, он не обращал внимания на такие мелочи, как поддержание собственного реноме. Булат Шалвович много и плодотворно работал, отдавая всего себя творческому труду. Его так же мало интересовали слеты и фестивали самодеятельной песни, на которых распевали и его произведения (строчка из его песни «Возьмемся за руки, друзья…» стала девизом многих КСП). Хотя со временем привык, что «жанр вышел на подмостки», и сам с успехом выступал с концертами в Болгарии, Австрии, Великобритании, Венгрии, Австралии, Израиле, Испании, Италии, Канаде, Франции, ФРГ, Польше, США, Финляндии, Швеции, Югославии и Японии.

С середины 1960-х гг. Окуджава много работал еще и как сценарист. Иногда снимался и сам. Окуджаве принадлежат сценарии кинофильмов «Женя, Женечка и "катюша"», «Верность» (оба в 1965 г.), он создавал театральные инсценировки своих прозаических произведений. Например, в 1966 г. написал пьесу «Глоток свободы», и через год ее поставили сразу несколько театров. К работе над исторической прозой Булат Шалвович приступил с конца 1960-х годов. Окуджаве-прозаику принадлежат романы «Бедный Авросимов» (1965 – 1968 гг.), «Мерси, или Похождения Шипова. Старинный водевиль» (1969 – 1970 гг.), «Путешествие дилетантов» (1971 – 1977 гг.), «Свидание с Бонапартом» (1983 г.), в которых, прибегая к языковой и образно-предметной стилизации, он парадоксально сталкивает судьбы «больших» и «маленьких» людей, все более проникаясь скептическим взглядом на возможность радикально-волевого вмешательства личности в историю. В семейной хронике «Упраздненный театр» (1990 – 1993 гг.) эта мысль развивается как трезво-критическая оценка большевистского романтизма, развенчание иллюзорных идеалов «комиссаров в пыльных шлемах». Повести и рассказы писателя «Отдельные неудачи среди сплошных удач» (1978 г.), «Похождения секретного баптиста» (1984 г.), «Искусство кройки и житья» (1985 г.), «Девушка моей мечты» (1985 г.), «Около Риволи, или Капризы фортуны» (1991 г.) в высшей степени автобиографичны и наполнены остроумной самоиронией и тонкой поэзией слова. Таковы же «Автобиографические анекдоты», опубликованные в № 1 «Нового мира» за 1997 г. и ставшие последней прижизненной прозаической публикацией Окуджавы.

В годы «перестройки» популярность Окуджавы была признана официально. Он активно участвовал в общественной жизни, был членом Совета общества «Мемориал», вице-президентом русского ПЕН-центра, работал в Комиссии по вопросам помилования при президенте РФ (с 1992 г.) и в комиссии по Государственным премиям РФ (с 1994 г.). Но когда он гостил в Калифорнии у своего друга А. Половца (ныне президент Всеамериканского благотворительного фонда Окуджавы), сердце поэта дало внезапный сбой и ему потребовалась срочная операция; на помощь пришли друзья со всего мира, а государство и правительство столицы остались в стороне. После непродолжительной болезни Булат Шалвович скончался в Париже 12 июня 1997 г. и согласно завещанию был похоронен на Ваганьковском кладбище Москвы.

Для собратьев по перу Окуджава сформулировал универсальный критерий творчества, сказав: «Каждый пишет, как он дышит». Для бардов стал камертоном. Однако прямых наследников – учеников, способных нести пророческое служение русской музы, – не оставил. Сами пусть растут! Сами дышат, слышат и пишут, «не стараясь угодить». И плачут. «Поэты плачут – нация жива» – это его строчка.