Прочитайте онлайн 100 знаменитых москвичей | Ливанов Борис Николаевич(род. в 1904 г. – ум. в 1972 г.)

Читать книгу 100 знаменитых москвичей
2916+6628
  • Автор:
  • Язык: ru

Ливанов Борис Николаевич

(род. в 1904 г. – ум. в 1972 г.)

Онлайн библиотека litra.info

Российский актер, режиссер, народный артист СССР. Отец известных артистов Василия и Аристарха Ливановых.

Борис Николаевич Ливанов родился 8 мая (25 апреля) 1904 г. в Москве в актерской семье. Когда он был еще мальчиком, мама говорила ему, что если он станет артистом, то обязательно должен добиться, чтобы его приняли «художественники»… Борису не было и 20 лет, когда в 1924 г., по окончании 4-й студии МХАТ, его приняли в этот театр. Он был счастлив!

Константин Сергеевич Станиславский на подаренной актеру фотографии написал: «…Вы один из тех, о ком я думаю, когда мне мерещится судьба театра в небывало прекрасных условиях для его расцвета». А Евгении Казимировне, жене Ливанова, Станиславский однажды сказал: «Вы держите в своей руке громадный, невиданный бриллиант. Что бы вы с ним делали? Боялись бы его потерять. Держите его крепче, будьте внимательны. Жалко, что я стар и что у меня не хватит уже времени сделать из него такого артиста, каким я его вижу». В. Немирович-Данченко, пригласивший его в театр после одного из студийных просмотров, писал Борису Николаевичу: «Я верю в вас!» Основатели МХАТа возлагали на молодого артиста ответственность за будущее театра. И они не ошиблись в нем: Ливанов вскоре вошел в число ведущих артистов МХАТа, а впоследствии стал и режиссером, и одним из руководителей театра. Он одинаково успешно исполнял роли из классического репертуара и из пьес современных авторов.

Первыми ролями Бориса Ливанова во МХАТе стали князь Шаховской и князь Андрей Шуйский («Царь Федор Иоаннович» А. Толстого). Затем последовало еще несколько важных ролей, сразу выдвинувших молодого актера в первые ряды. Практически все исполняемые Борисом Николаевичем роли становились главными в спектаклях. Благодаря яркому темпераменту, уверенной и мощной игре Ливанов стал одним из тех актеров, которые наиболее полно выразили новый период в развитии мхатовского искусства. Это стало очевидно после исполнения им ролей Альмавивы («Безумный день, или Женитьба Фигаро»), а также Лукьяна («Блокада») и Кимбаева («Страх»). В последних двух ролях ярко проявилось восторженное восприятие артистом революции, стремление раскрывать душевную щедрость людей нового мира.

Но с первых же сценических шагов Ливанов очень удачно показал себя и в комедийно-сатирическом амплуа. В ролях Жака, Аполлоса, Бондезена он соединил язвительную сатирическую характерность с брызжущим весельем, сочностью красок, комедийным темпераментом. Высшим достижением Ливанова на этом пути стала роль Ноздрева («Мертвые души», 1934). Созданный артистом образ стал для зрителей главным впечатлением, затмив других персонажей. Известный английский писатель Дж. Пристли много лет спустя после увиденных во МХАТе «Мертвых душ» вспоминал только Ноздрева: «Лучший разгул, какой я только видел на сцене».

Ливанову удалось мощно и в то же время естественно передать самые причудливые черты ноздревского характера, самые бурные всплески его фантазии. По мнению многих знакомых Бориса Николаевича, в своего Ноздрева артист вложил частицу собственного темперамента. Но если его пробовали отождествлять с персонажем, артист протестовал и порой остроумно ставил собеседников на место. Однажды Алексей Николаевич Толстой, увидев актера на улице, остановил свою машину и крикнул: «Борис, здорово ты играешь Ноздрева! Но ведь это – ты сам!» – «Странно, а я играю тебя!» – ответил артист советскому литературному вельможе. До Ливанова роль Ноздрева несколько лет играл великий Иван Москвин. После одного из спектаклей он появился в гримерке и сказал Ливанову: «Вот шельма какая! Я больше играть не буду!» Отказ самого Москвина от исполнения роли Ноздрева – это было высшей оценкой, какую только мог получить молодой артист!

Другой значительной ролью Ливанова стала роль Чацкого в грибоедовском «Горе от ума». Игрой Ливанова в этой пьесе был потрясен великий кинорежиссер Сергей Эйзенштейн. Молодой поэт Борис Пастернак заливался слезами при каждом выходе Ливанова-Чацкого на сцену и после спектакля сказал: «Я впервые понял, почему это написано в стихах». И в этот раз Ливанов получил эстафету из рук великого актера – и близкого друга! – Василия Качалова, который до того несколько лет исполнял роль Чацкого. На одной из репетиций «Горя от ума», когда Качалов, игравший Фамусова, сказал Ливанову-Чацкому: «Вы, нынешние, ну-тка!», присутствовавшие в зале едва не попадали от смеха и восторга со стульев – такой необычный двойной смысл приобрела эта фраза.

Ливанов поддерживал тесные отношения со многими выдающимися людьми своего времени. Примером может служить дружба с Владимиром Маяковским, в которого Борис Николаевич был просто влюблен. Поэт, каждый раз встречаясь с актером, шутил: «Ливанов, трудно быть красивым? Давайте стукнемся литаврами наших грудей в знак приветствия!» И друзья отправлялись в компанию таких же знаменитостей или к бильярдному столу. Однажды после бильярдной партии в ресторане, сыгранной с Юрием Олешей, Маяковский встал и прочитал своим мощным голосом: «Слушайте, товарищи потомки…» Это было первое чтение поэмы «Во весь голос». Борис Ливанов был одним из последних собеседников поэта – в утро трагической гибели Маяковского он проводил его до Лубянской площади после того, как они провели ночь в гостях у Катаева…

В жизни страны все было не так уж пафосно и радостно… И Ливанов, по-видимому, прекрасно все понимал: он был слишком умен и ироничен, чтобы принимать за чистую монету официозную советскую пропаганду. Иначе вряд ли он подружился бы так близко с Михаилом Афанасьевичем Булгаковым, который оставил на подаренной артисту книге «Дьяволиада» надпись: «Актеру 1-го ранга в знак искренней любви и дружбы – Борису Николаевичу Ливанову. Михаил Булгаков. Актерское фойе МХАТ. В сумерках 4.XI.1931 года». Сумерки продолжали сгущаться все сильней, и друзья – великий писатель-сатирик и великий мастер сатирических образов – пытались развеять их с помощью шуток. У Булгакова и Ливанова был ритуал: каждое утро, встречаясь в буфете, они обменивались остротами. За удачную шутку полагалось 20 копеек. Однажды утром, завидев Ливанова, Булгаков протянул ему уговоренную сумму: «Борис Николаевич, получите двадцать копеек». Артист удивился: «За что?» Михаил Афанасьевич пояснил: «Я видел сегодня сон: я умер, а вы вошли в буфет и говорите: "Був Гаков и нэма Гакова!" Получите».

Булгаков увековечил своего друга в «Театральном романе» в образе Петра Бомбардова. Прототипами других персонажей романа стали и многие известные мхатовцы. А Ливанов нарисовал всех тех, о ком Булгаков писал в своем романе, – в отличие от многих других артистов, Борис Николаевич не оставил письменных воспоминаний, его театральными мемуарами стали рисунки. Он не расставался с карандашом на репетициях, на читках новых пьес. Рисунки были любовно сохранены друзьями, сослуживцами и, конечно, сыном Бориса Николаевича – актером Василием Ливановым. Много лет Василий Борисович вынашивал и в конце концов осуществил замысел издания «Театрального романа» Михаила Булгакова с рисунками Бориса Ливанова.

Но актерская деятельность Ливанова не ограничивалась одной только театральной сценой. Он активно снимался в кино, создал запоминающуюся галерею образов. Он работал с прославленными режиссерами Сергеем Эйзенштейном, Всеволодом Пудовкиным, Григорием Козинцевым, Михаилом Роммом, Александром Зархи, Иосифом Хейфицем, Ильей Авербахом. Первую свою кинороль Борис Ливанов сыграл в фильме «Морозко» (1924 г.), поставленном по русской сказке. Такие его работы в кино, как генерал Федорченко в «Поэме о море» А. Довженко, Дубровский в одноименном фильме А. Ивановского, Бочаров в «Депутате Балтики» А. Зархи и И. Хейфица, Муров в «Без вины виноватых» В. Петрова, граф Потемкин в «Адмирале Ушакове» М. Ромма, вошли в золотой фонд советского кинематографа. За роли Пожарского в фильме «Минин и Пожарский» (1941 г.) и командира крейсера Руднева в фильме «Крейсер "Варяг"» (1947 г.) Борис Ливанов получил Сталинскую премию. В 1960 г. уже немолодой актер с потрясающей силой и темпераментом сыграл Митю Карамазова в фильме по роману Достоевского.

Во время парижских гастролей Художественного театра в 1937 году известный американский антрепренер Морис Гест, работавший прежде с самим Шаляпиным, увидел Ливанова на сцене – и тут же пригласил актера в Голливуд на уже готовую роль. Гест обещал Ливанову головокружительную карьеру и мировую славу, незаметно сунул Борису Николаевичу билет на пароход в Америку и быстро удалился, чтобы не вызвать подозрения у сопровождающих советскую труппу. Но Ливанов послал ответ ему вслед и, разорвав билет, бросил его в урну. Перспектива работы в набиравшей обороты «фабрике Грез» не могла сравниться в глазах русского актера с честью служить в знаменитом МХАТе…

А однажды ему довелось сняться в одной картине с сыном Василием. Это был фильм «Слепой музыкант» по произведению Короленко, где отец и сын сыграли дядю и племянника… Борис Николаевич положил начало целой актерской династии: оба сына, Василий и Аристарх, пошли по его стопам. Аристарх Борисович снялся более чем в 50 фильмах, среди которых такие хиты, как «Государственная граница», «ТАСС уполномочен заявить», «Михайло Ломоносов» (1986 г.) и многие другие. Василий Борисович не только создал немало запоминающихся образов на экране, став лучшим в мировом кинематографе Шерлоком Холмсом, но и проявил себя талантливым режиссером, сценаристом, писателем.

Как корифея мхатовской сцены Бориса Ливанова часто приглашали в Кремль на официальные банкеты. Он близко общался со Сталиным и хорошо изучил нрав диктатора. Когда актер Борис Станишнев репетировал для фильма «Кремлевские куранты» роль вождя народов, Борис Николаевич, игравший инженера Забелина, поправил его: «По тексту у тебя все правильно, а глаз не тот… У него глаз тигриный, пронизывающий, проникающий». Хорошо зная нравы партийных лидеров, Ливанов не питал по их поводу ни малейших иллюзий и при случае позволял себе рискованные шутки. В 1960 году труппе МХАТа представляли молодых актеров, принятых в театр. Незадолго до этого Хрущев разоблачил так называемую «антипартийную группировку Маленкова – Кагановича – Молотова». Услышав имя одного из молодых – «Вячеслав Михайлович Невинный» – Борис Ливанов тут же отреагировал: «Вячеслав Михайлович… НЕВИННЫЙ? Вот новость! А Лазарь Моисеевич?!»

Об искрометном юморе Бориса Ливанова до сих пор ходят легенды. Театральные байки и анекдоты с его участием, его «крылатые фразы» передавались во МХАТе десятилетиями. Вот лишь пара примеров. Борис Николаевич постоянно подшучивал над другим великим мхатовцем – Владимиром Белокуровым. Тот юмора не любил и однажды повесил на дверь своей гримерки медную табличку с полным титулом: «Народный артист СССР, лауреат Государственной премии, профессор Владимир Вячеславович Белокуров». Ливанов, улучив момент, прилепил под ней листок бумаги с надписью: «Ежедневный прием – от 500 до 700 граммов!» В другой раз в ответ на замечание Фурцевой, что пить надо меньше, Ливанов спросил: «Меньше кого?»

После смерти Хмелева МХАТом управляли Кедров, Станицын, Ливанов. Кедров умер, Станицын отошел от дел, и все шло к тому, что Ливанова утвердят главным режиссером театра. Но группа «стариков» пошла в «Современник» к Олегу Ефремову и позвала его «на царство». Ефремов, в свое время изгнанный из МХАТа, вернулся туда триумфатором. Борис Ливанов, не пережив обиды, перестал ходить в театр. На все приглашения он отвечал: «В "Современник" не хаживал, а в его филиал тем более не пойду!» Мастер сидел дома и писал картины – живопись была одной из граней его многостороннего таланта. Однажды к нему прибежал посыльный: «Борис Николаевич, вас вызывает Художественная часть!» Ливанов ответил: «Скажи, что художественная часть не может вызвать художественное ЦЕЛОЕ!» – и остался глух к мольбам гонца.

23 октября 1972 г. Борис Николаевич умер – в том самом доме на Тверской улице, где прожил 34 года и где теперь висит мемориальная доска, посвященная памяти великого русского артиста.