Прочитайте онлайн 100 великих творцов моды | Ив Сен-Лоран

Читать книгу 100 великих творцов моды
2516+15152
  • Автор:
  • Язык: ru

Ив Сен-Лоран

(1936–2008)

Его справедливо называют одним из самых влиятельных дизайнеров второй половины XX века. Одного того факта, что он возглавил дом моды знаменитого Кристиана Диора, когда ему было всего двадцать один и смог спасти от финансового краха и вдохнуть в него новую жизнь, было бы достаточно, чтобы вписать его имя в историю моды. Однако это было только начало его блистательного пути, и, как написал французский историк моды Франсуа Бодо, «дыхание юности и поразительная способность понимать нужды современников привели к тому, что монограмма “YSL” наложила свой отпечаток на целую эпоху».

Онлайн библиотека litra.info

Ив Сен-Лоран

Ив Анри-Дона Маттьё-Сен-Лоран родился в 1936 году в Алжире, в городе Оране. Как и многие будущие модельеры, Ив начинал с бумажных куколок и нарядов для своих сестёр. В семнадцать лет он решился принять участие в конкурсе, объявленном Международным секретариатом шерсти для молодых дизайнеров, и отправил несколько эскизов. И… занял призовое место! Вместе с матерью он отправился в Париж, чтобы принять участие в церемонии награждения, и там состоялась встреча, которая помогла Иву определиться с будущим — редактор французского «Вога», Мишель де Брюнофф, на которого работы молодого человека произвели очень хорошее впечатление, предложил ему серьёзно подумать о карьере модельера. И Ив последовал его совету — ненадолго вернулся в Оран, закончил среднюю школу и уехал в Париж, где осенью 1954 года начал учиться в Школе при парижском Синдикате Высокой моды.

В том же году он вновь принял участие в конкурсе и вновь получил первое место в категории «платья» (за дизайн пальто первое место получил тогда Карл Лагерфельд). Вскоре он показал свои очередные эскизы Брюноффу, и тот не без удивления обнаружил сходство с эскизами, которые буквально перед этим показывал ему Кристиан Диор. И он решил представить талантливого молодого человека великому мастеру, рассчитывая, что они смогут найти общий язык. Так и оказалось — посмотрев портфолио Ива, Диор сразу предложил ему место ассистента в своём доме моды. Позднее Ив вспоминал, что стеснялся даже разговаривать при этом великом человеке. «Он научил меня основам мастерства. Что бы ни случилось после, я никогда не забуду тех лет, которые провёл рядом с ним».

Поначалу, как и все подмастерья, он выполнял не самые ответственные задания, однако шло время, и он стал делать то, о чём мечтал, — рисовать эскизы. Диор ценил талант молодого человека, и даже больше, чем он ожидал, — уже в августе 1957 года он сообщил мадам Маттьё-Сен-Лоран, что рассчитывает сделать её сына своим преемником. Новость потрясла и её, и его, но всё это казалось делом отдалённого будущего, ведь Кристиан Диор в ту пору был ещё достаточно молод, всего пятьдесят два года. Однако уже в октябре его не стало… И Ив Сен-Лоран, которому недавно исполнился двадцать один год, обнаружил себя на месте всемирно признанного кутюрье, месте, которое накладывало огромнейшую ответственность.

Он представил свою первую коллекцию в январе 1958 года, когда после смерти Диора прошло три месяца, и все, кто должен был присутствовать на показе, не могли не спрашивать себя, справится ли молодой дизайнер с таким безумно трудным заданием, как поддержать имя великого дома моды на достойном уровне? Он справился, и сделал это с блеском — коллекция, которая получит название «Трапеция» и станет классикой, вызвала бурю восторга: «Традиции великого Диора будут продолжены», «Сен-Лоран спас Францию». Всего Сен-Лоран (он, для удобства, сократил свою длинную фамилию) создал для дома «Диор» шесть коллекций.

Однако не всё шло гладко. Если Кристиан Диор в своём творчестве ориентировался на взрослых женщин, то молодой Сен-Лоран предпочитал творить для молодых. Так, его весенняя коллекция 1960 года была не просто молодёжной, а вызывающе молодёжной — чёрные кожаные мотоциклетные куртки, короткие юбки. Это вызывало недовольство тех клиентов, которые любили дом Диор за другое, и вызывало недовольство руководства компании. И когда в 1960 году Сен-Лорана призвали в армию, то это произошло, как считают некоторые из его биографов, потому, что Марсель Буссак, глава компании, предыдущие несколько лет спасал главного дизайнера дома от призыва, а теперь, решив его заменить, не стал этого делать.

Как бы там ни было, в армии Сен-Лорану пришлось нелегко. Хрупкий молодой человек, да ещё обладатель такой, с точки зрения большинства, немужественной профессии, как модельер, не вызывал бы в сослуживцах симпатии, наверное, в любом случае, а если учесть, что его склонность к мужскому полу, видимо, тоже быстро стала очевидной и вызвала у окружающих неприязнь, которая выражалась в постоянных нападках… Словом, неудивительно, что это привело к нервному срыву, и уже через три недели Сен-Лоран попал в госпиталь. Ситуация только ухудшилась, когда он получил новость из Парижа — о том, что его место в доме Диора уже занято. И в результате ему пришлось провести немало времени в Валь-де-Гра, военном госпитале, где лечение нервных заболеваний в ту эпоху тоже не отличалось деликатностью — сильнодействующие лекарства, электрошок… С подорванным физическим и психическим здоровьем Сен-Лоран вышел оттуда для того, чтобы начать всё сначала.

Ещё в самом начале своей самостоятельной карьеры у Диора, он познакомился с Пьером Берже, человеком, с которым у него было очень много общего. Это была и любовь, и дружба, и партнёрство — Берже, который был старше на шесть лет, находился рядом, помогал, поддерживал; именно с его помощью Сен-Лоран вышел из госпиталя раньше, а затем, подав в суд на дом Диора, получил материальную компенсацию, около ста тысяч долларов. И тогда было решено — нужно открыть собственный дом моды. Оправившись от потрясений, придя в себя, разыскав с помощью Берже спонсора, Сен-Лоран так и сделал — в январе 1962 года открылся дом «Ив Сен-Лоран».

Первая же коллекция произвела фурор; о ней писали — «лучшая коллекция костюмов со времён Шанель», и уже после второй стало ясно, кто именно будет задавать моду на ближайшие годы. А оказалось — больше, чем на два десятилетия… С того времени модельер стал звездой мирового уровня, со всеми плюсами, но и со всеми минусами такого положения. Однажды он сказал, что этот мгновенный успех загнал его в ловушку. Что ж, ему ничего не оставалось, как сезон за сезоном, год за годом оправдывать ожидания окружающих.

Кристиан Лакруа однажды сказал: «В этом веке было немало великих дизайнеров, но ни одного такого уровня. Шанель, Скьяпарелли, Баленсиага и Диор — все они были выдающимися творцами. Но все они работали в рамках определённого стиля. Ив Сен-Лоран куда более разносторонний, как будто он объединяет их в себе. Иногда мне кажется, что он воплощает формы Шанель, великолепие Диора и остроумие Скьяпарелли».

Одни только названия его коллекций могут дать представление о широчайшем спектре интересов и источников вдохновения Сен-Лорана — «Мондриан» и «Поп-арт», «Африка» и «Сафари», «Русские балеты» и «Веласкес», «Пикассо» и «Матисс», коллекции, посвящённые Марлен Дитрих, и коллекции, посвящённые литературе. Театр, живопись, опера — всё находило собственное, особенное преломление в его творчестве.

Вечер, как полагал Сен-Лоран, это время «для фольклора», и в его вечерних нарядах встречались мотивы Марокко и Центральной Африки, Китая и Перу, Греции и России; или же это были изысканные ретро-ассоциации, например, с 1920-ми или 1940-ми.

Что касается повседневной одежды, то Сен-Лоран говорил: «Из всего, что я создал, больше всего мне нравится то, что я заимствовал из мужского гардероба; блейзер, брючный костюм, тренч, бриджи, шорты, куртка-сафари, футболка, костюм, своеобразие костюма, двойственность всего этого — то, что меня интересует». С его лёгкой руки эти «мужские» предметы гардероба входили в гардероб женщин. И пусть поначалу брюки и даже смокинги на представительницах прекрасной половины человечества вызывали бурю протеста — как у сильной половины, так и у более консервативных представительниц своего пола — разве могут женщины теперь представить, как жили без них раньше?

Сен-Лоран видел, что Высокая мода уходит в прошлое и, по его словам, продолжал выпускать коллекции «от кутюр» только потому, что «не хотел быть морально ответственным за выбрасывание ста пятидесяти сотрудников на улицу». В 1966 году он запустил линию прет-а-порте, и при этом был первым дизайнером, который это сделал, затем последовала третья линия, ещё менее дорогая. И несмотря на великолепие и изысканность его творений Высокой моды, именно прет-а-порте сделало его не просто известным, а безумно популярным.

Его коллекции всегда вызывали бурю эмоций, и среди них было не только восхищение, но и возмущение. Но Сен-Лоран всегда делал только то, что хотел. Когда в 1970-х, выпустив мужской аромат, он снялся для его рекламы полностью обнажённым (и только в неизменных своих очках), что, опять-таки, вызвало очередную бурю, он честно признавался: «Я хотел скандала». Даже аромат «Опиум», ставший классикой, был кое-где запрещён, поскольку название, как сочли в некоторых странах, пропагандировало наркотики.

Частная жизнь Сен-Лорана была достаточно сложной. Его всегда окружали люди — друзья и приятели, однако, как говорил Пьер Берже, самый, наверное, близкий его человек, Сен-Лорана «не интересовали другие люди». Он часто чувствовал одиночество, даже когда его не оставляли одного, и часто его искал, скрываясь от всех. Меланхолия и депрессия были почти постоянными его спутницами. Как неоднократно замечалось, жизнь на вершине модного олимпа могла морально подкосить и более крепких во всех отношениях людей, чем он, а Сен-Лоран был хрупок. Алкогольная и наркотическая зависимость, которую он фактически и не скрывал, подтачивала здоровье, ухудшала внешность. Но на таланте это тем не менее никак не отражалось.

В 1983–1984 годах Метрополитен-музей в Нью-Йорке устроил выставку его работ, и Ив Сен-Лоран был первым из модельеров, кто при жизни удостоился такой чести. Несколько раз его награждали орденом Почётного легиона, и каждый раз он получал следующую, более высокую степень. Он… Он стал живой легендой…

В 2002 году Сен-Лоран отошёл от дел, после чего проводил большую часть времени в Нормандии и в Марокко, а в 2008-м его не стало — причиной послужила злокачественная опухоль мозга. Он умер в Париже, где и состоялись торжественные похороны, но прах его был развеян в прекрасном ботаническом саду в Марокко, в месте, где он проводил немало времени в поисках отдыха и вдохновения.

Диана Вриланд, редактор «Вога», человек, чьё мнение было одним из самых авторитетных в мире моды, сказала тогда: «Шанель и Диор были гигантами. А Сен-Лоран был гением».